2. Меч и Магия: Сердце Земли

— Когда война пришла сюда, почти всех наших мужчин забрали в дружину под предводительством местного барона. Моего мужа тоже забрали в войско. Он пошёл на войну, веря, что идёт сражаться за правое дело, а в итоге — уехал грабить соседние герцогства. Тогда-то я и поняла, что в войне, особенно в гражданской, нет победителей и проигравших. Есть только те, кому война выгодна и есть её жертвы. А война ради мира? Пф! Смешно…

— Муж? Что с ним стало? — в полголоса промолвила Лиара, искренне надеясь, что вопрос окажется уместен.

— Он вернулся с войны калекой. Лишился половины ноги, но, что страшнее… духа. Видишь ли, война оставляет шрамы не только на теле человека, но и на его душе. Сергей… мой дорогой Сергей. Хмель всегда был его слабостью, а после войны стал ещё и лекарством. Он то и свёл моего мужа в могилу.

— Мне очень жаль, леди Бьянка.

— Ничего. Всё в прошлом. Сейчас я живу помощью людям, и меня устраивает такая участь. Но, я поведала эту историю не просто так. Вижу, ты носишь при себе оружие?

Взгляд Бьянки пал на замаскированный в ткань «Фаилриз».

В отличие от местных стражей порядка женщина заметила подвох.

— Это… память одного человека, что был мне очень дорог.

— Я понимаю законы нашего времени. Понимаю, что порой, все мы оказываемся перед выбором — стать палачом или жертвой. Но помни, тот, кто живёт с клинком в руках — неизменно становится его жертвой. Жизнь священна. Думаю… ваш народ понимает это куда лучше нас.

— Как… как вы? — ещё более робко протянула эльфийка.

— Ты можешь спрятать лицо, но животные всё чувствуют.

Я не помню, чтобы старина Фёдор так спокойно дался кому-то в руки, — на лице женщины расцвела широкая улыбка. — Не волнуйся. Пусть это останется между нами. А пока, давай немого ускоримся. Дворов много, солнце скоро пойдёт на спад… и похоже, в Маркане вновь намечается туман.

***

Пока дамы бороздили просторы поселения, Шеймус продолжал вести наблюдения, руководствуясь записями Бьянки и, конечно же, рассказами пострадавших.

Покрытое пятнами лицо молодого пастуха исказила грусть, едва тот заслышал историю об интригах Алисы с сыном местного мельника — юношей, не настигнутым болезнью.

Ещё с первой минуты, Шеймусу показалось, что Николай — единственный человек, что по собственной воле желал пребывать в стенах изолятора. Отныне и он, едва ли был рад подобной участи.

Откровение Алисы, тем не менее, пролило некоторый свет на всю ситуацию. Теперь Шеймус твёрдо знал, что зараза не передаётся при контакте или воздушно-капельным путём.