Легенда о Расколе: Игра жизнями

В любой другой ситуации он, как выходец из семьи потомственных военных, был бы несказанно рад внезапному повышению и тут же отослал бы гонца домой с отличными известиями для отца и деда, однако сейчас все было совершенно иначе. Все смотрели на него, ожидая немедленных и четких решений, которых у него, конечно же, не было. Возможно, они были бы, если бы его не поставили на эту должность, но сейчас любое решение, возникшее в голове, тут же рисовало ему самые страшные последствия его неудачи. Именно его неудачи.

Не давали покоя непрекращающиеся речи магистрата, внезапно обретшего самообладание. Люди, провизия, ополчение, солдаты, высокорожденные и бедняки, крестьяне и скот, дома, виллы, храмы, рынки и порты... Его интересовало теперь все, а из каждого предмета своей речи он умудрялся выстроить проблему уровня стихийного бедствия и это только по отдельности. Марко пришлось выслушать и вдуматься в несколько из них, прежде чем его голос ушел далеким, гулким шумом куда-то далеко назад.

Сейчас его внимание постоянно концентрировалось на Вито. По виду он был самым молодым офицером из всех присутствующих и притом внешне совсем не давал повода для настороженности, однако то, как лихо он подставил Марко, говорило уже о многом. Всего несколько предложений хватило этому юнцу, что бы поставить его в безвыходное положение и теперь дельные мысли по обороне города, если такие внезапно возникали без огромной упряжки в виде последствий, сразу же мешались с планами о равносильной отплате.

— Господин примипил? — попытался обратить на себя внимание магистрат. — Господин примипил, Вы меня вообще слушаете? Я говорю о вещах первостепенной важности и Ваше решение...

— Тихо! — внезапно хлопнул ладонями по столу Марко и его палец так удачно упал на восточный утес.

Постепенно краснеющее лицо магистрата вновь побледнело, а сам он с испугу отошел от стола на шаг.

— Сила, долг, честь, — шепотом проговорил Марко, медленно выдыхая вместе с воздухом скопившуюся внутри злость и страх. Эти слова он слышал с самого детства. Дед повторял их сотни раз на дню, будто молитву и они крепко засели у Марко в голове, казалось, на всю жизнь. — Врата Адриана.

Сказанное им очень удивило всех присутствующих в зале. Почувствовав небывалый прилив уверенности, Марко выпрямился и обратился к магистрату.

— Всех жителей в центр города.