Легенда о Расколе: Игра жизнями

Тело его забилось в мучениях, он хватался за горло, будто пытаясь заткнуть пробитую иглой дыру, но все тщетно. Лиан подошел к нему, вынул Черного и одним движением перерезал Тобиасу горло.

Тобиас был очень ценным соратником, не раз выручавшим Лиана во многих делах, но сейчас Лиан не мог допустить, что бы он поднял панику среди Соловьев. Врагов у него и без того достаточно.

***

"В бесконечной погоне за тьмой, я совсем позабыл о том, что гоняюсь не за злом во плоти своей, а за обычными людьми, коим не чужды такие чувства как: страх, гордость, тщеславие и банальная зависть" — Осколки былого величия.

— Он не будет мне братом! — топнул маленькой ножкой Ягоро, грозно смотря на отца. — Он бездушный, холодный, отвратительный уродец!

— Я не спрашивал твоего мнения, — ответил мастер Таруи, будто и не обращая на Ягоро внимания.

— Почему, отец?! Почему мне достался именно он?! Почему другим дали нормальных напарников, а мне... Чем я провинился, отец?!

— Ничем. Когда вырастешь — поймешь.

— Не пойму! Я не буду ему братом, ясно? Не хочу!

И мальчик скрылся в длинных, каменных коридорах замка и лишь его громкие шаги еще некоторое время доносились эхом до лавки, на которой сидел Таруи.

— Можешь больше не прятаться, — откинулся мастер на спинку, — он ушел.

Из тени стены, куда не проникал свет факела, показались длинные, золотистые волосы и один из острых, зеленых глаз. Мастер смотрел прямо туда. Через мгновение, Лиан вышел на свет. Таруи подвинулся и жестом сказал ему присесть рядом.

— Ты все слышал, не так ли? — спросил мастер, когда Лиан присел. — Должно быть, досадно знать, что тебя избегают твои сверстники, — Лиан только пожал плечами, а его лицо по-прежнему не выражало ничего. — Тебе обидно?

— Мне должно быть обидно? — без тени иронии спросил Лиан. — Хотите, что бы я изобразил обиду?

Таруи громко вздохнул, его пальцы переплелись, а разочарованный взгляд устремился в пол.

— Иди, Лиан.

***

"Сила осколков, собранных вместе, без труда могла бы продлить эту войну не на одну сотню лет, однако все кончилось даже не начавшись" — Осколки былого величия.

По ту сторону горного хребта, Лиан закопал тело Тобиаса и, сверившись с картой, повернул на север. Больше ему не было смысла скрываться. Граница империи оканчивалась на высоте горного хребта, называемого Андривым валом, а за ним начинались бескрайние, ничейные земли, где о его существовании никто и не знает.