Двуликий бастард. Том 1

Как можно вообще делать подобное с девушками? А тем более с русскими девушками, чтоб его!

Но, судя по выражению хитрой морды, для сутенера делать подобное с людьми было в порядке вещей.

— Шесть русских девушек, Шин-сан... — тяжело сглотнул тот, продолжая наблюдать за барабаном револьвера. — Их было шесть...

— Сколько-сколько?! — поморщился я от удивления. — Какой их средний возраст?

— Восемнадцать и д-девятнадцать... — дыхание мужчины стало прерывистым, говорил он, заикаясь. — П-поймите, если бы это не с-сделал я, то конкуренты.

— Плевать мне на твоих конкурентов! — приказным тоном я велел ему заткнуться. Кулак мой резко сжался и хорошенько заехал тому в челюсть.

— Петух узкоглазый... — это я добавил на русском, жаль, что седой ничего не понял.

— Простите, Шин-сан... — продолжал тот гнусаво блеять, восприняв мой удар так, будто получил его заслуженно.

Ясно было, что он лишь комедию ломает, чтобы я его на месте не подстрелил. Но все же, слышать это было невыносимо.

— Я виноват, правда.

«В любом случае живым ты точно не выберешься...» — думал я, подходя к небольшому столику, с которого взял двумя пальцами черную папку с документами.

— Ладно, я не злюсь... — соврал я вновь. — Я лишь подготовил пару документов, в которых прописано, что ты передаешь свой бордель в мое пользование...

Я протянул сутенеру папку с бумагами, которую тот с радостью принял.

— В первом документе говорится о том, что все девочки получат право делать то, чего хотят сами... а вторая подпись будет значить, что теперь вся прибыль от проститутошной будет падать на мой счет.

— Прибыли без русских девушек не будет, Шин-сан... — посмотрел на меня тот жалостливо и тут же получил еще один неслабый удар по носу. Защитный покров его был настолько ослаблен, что даже мой кулак пробивал его без особого труда.

— У тебя ее и с ними не будет... — процедил я на русском, сжав зубы от боли. Уже три года все не могу от него отвыкнуть.

— Что?

— Подписывай!

Когда я злой, у меня так и вырывается из уст родной язык.

Тот, вытерев нос своим плечом, вновь посмотрел на бумажки и расписался там, где я указал. Он покорно протянул ручку с папкой обратно, застыв в ожидании, пока я выполню обещанное.

Публичный дом я планировал забрать в любом случае, поэтому, молча кивнув, убрал папку и осторожно вытащил патрон из барабана. Пожав плечами, положил его на стол.