Перекресток

 Лиза осторожно прошла в указанном направлении по короткому коридору и остановилась возле высокой статуи красивой женщины с закрытыми глазами и вытянувшей вперед руку, словно для поцелуя. Статуя показалась девушке настолько прекрасной, что она довольно долго ее рассматривала, а затем скопировала позу, так же вытянув руку вперед, только подложила ее вниз, словно принимая и оказывая поддержку. Целовать статую она точно не собиралась, а вот глаза прикрыла, подражая высеченному в камне идеалу.

 – Аксиос! – Раздалось со всех сторон и Усольцева от неожиданности взвизгнула, отпрыгнув назад.

 Но рядом никого не было. Все та же статуя, никаких изменений кругом… хотя нет, около правой стены проявились глифы рунической вязи! Кажется ее ждало «новое» заклинание. 

 – Печать? – Кое как разобрала название плетения Лиза. – Но ведь «аксиос» на греческом значит «достоин». Или эта статуя каким -то образом определила, что я достойна нового знания? Наверное, потому что успела выучить первые три, пусть и не здесь.

 Она поудобнее устроилась перед стеной и начала зарисовывать схему плетения. В принципе схема не казалась сложной, даже проще чем обыкновенный «Светлячок», удивил сам принцип ее построения. С таким Усольцева еще не встречалась. Раньше ее учили на последовательных схемах, когда одно плетение органично встраивалось в другое, создавая неповторимый рисунок, который потом нужно было удерживая в голове напитать энергией.

 Это было похоже на обучение игры на фортепиано. Сначала разучиваешь партию для правой руки, затем для левой, а потом объединяешь. Поначалу получается ужасно, но затем, после долгой практики мелодия звучит словно сама по себе.

 Музицировать Лизу учили с детства. Пусть после шестого класса девочка категорично заявила о своем нежелании ходить «в эту отвратительную школу», но принципы обучения произведениям она запомнила накрепко. Главное – не сдаваться. Потому что папин ремень висит на дверце шкафа и довлеет над тобой, словно Дамоклов меч.