Перекресток

Наш куратор из тех, что напрямую отвечают президенту, просто поседел, когда увидел «отступные». 

 – И в десять раз больше, если не услышит отказ лично от тебя. – Добавил ученый.

 – Я никого не заставляю платить! – Вкинула голову Лиза. – Я не собираюсь складывать с себя ответственность за обязательства!

 – Да, – наклонившись вперед Степан Никитович уперся в нее тяжелым взглядом. – Ты собираешься сложить голову. Всего – то навсего! А о родителях ты подумала? 

– Им будет легче жить, зная, что их дочь герой! Лучше умереть героем, чем всю жизнь прожить трусом!

 – Что за херня твориться в твоей голове? – Не сдержался Михаил и изумленно вытаращился на Лизу.

– Эту ботву толкали перед идущими на смерть рядовыми и офицерами, когда те шли в тяжелый, часто безнадежный бой, фактически с голой жопой против танков, но ты то тут при чем? Тебе просто не хватает терпения и усидчивости! Или ты решила таким образом красиво уйти из жизни, чтобы остаться в истории хоть так, если по - другому не выходит? Кстати, это мысль!    

 Михаил бросил взгляд на ученого и тот ему тут же кивнул.

– Это уже обсуждалось и вариант в принципе надежный, если Лиза согласится.

– Что? – Она посмотрела на мужчин и неожиданно поняла. – Я не буду играть в сумасшедшую!

 – Научили на свою голову, – Степан Никитович провел ладонью по лицу. – Лучше бы ты на аналитике так стремительно задачки решала.

 

 – Почему вы не верите в меня? – Она опустила руки и положила их на спинку стула. – Я сделаю все возможное и уверена, что смогу пройти вторую инициацию. Думаю, что у других, просто не хватило силы Дара. 

 – Не в этом дело, Лиза, – покачал головой алхимик. – Сильный Дар там тоже может обернуться против тебя. 

 – Что?! Михаил просто играл со своим маленьким драконом!

 Пивший в кресле чай помолодевший учитель истории поперхнулся очередным глотком и закашлялся.

 – Это исключение из правил, – наконец просипел он, – даже Арса подтвердил.

 – Да – да, – спокойно ответил ученый. – Мы тщательно расспрашивали всех выживших участников и знаешь что? Все они боролись там со своими страхами, обретенными и врожденными, облёкшимися в самые неприятные формы. И в этом случае их Дар, пытаясь по-своему защитить носителя, часто мешал им действовать.