Космический мутант

Будучи от Дениса Кошкина прекрасно осведомлённым насчёт этого категорического нежелания его спасителя чем-либо выделяться из привычного круга земляков, Борис Круглов потому воздержался, проезжая по кривым и невзрачным улочкам захолустного, прямо сказать, посёлка, кого-либо расспрашивать:

– Где проживает доктор Лебедев?

В надежде узнать месторасположение нужного дома, он просто раз и другой надумал проехаться из конца в конец Гипсового.

И нисколько не просчитался, когда решил подобным образом отыскать нужный адрес:

– Исключительно собственными силами.

Когда мелькнул заветный дорожный указатель и по обе стороны дороги потянулись частные усадьбы, его выручила собственная наблюдательность и хорошая память:

– Ведь ту, какая ему была нужна, заочно знал из описания, сделанного в разговоре другом-боксёром.

Нужное подворье всё же опознал.

Пусть и не без труда. Да и то, лишь когда несколько раз проехался по посёлку.

Что было немудрено, так как разыскиваемый адрес поджидал визитёра почти на отшибе сельского поселения, куда даже не доносился вездесущий многоголосый гул моторов с, расположенной рядом, федеральной автомобильной трассы.

4

За высоким дощатым забором, выкрашенным, как и повсеместно, все вокруг, соседские дома, землистого цвета масляной краской местного ширпотребовского производства, к его приезду, уже во всю ивановскую кипела жизнь.

Там раздавались голоса, гудели моторы автомобилей, вдруг заскрипели на петлях, открываясь настежь, большие металлические ворота, ведущие во двор усадьбы.

Так что, вновь приехавшему по этому адресу, Борису Круглову пришлось даже подчиниться существующему распорядку вещей. Он был вынужден принять на своих «Жигулях» чуть в сторону, чтобы благополучно пропустить мимо себя, выехавшую оттуда, кавалькаду из нескольких одинаково роскошных чёрных «Лексусов» последней модели со столичными государственными регистрационными номерами.

Едва представительские машины, одна за другой, покинули гостеприимный двор, как двое дюжих мужиков, взявшись за створки, вновь начали закрывать «как было» обе половины входного «редута» этого не слишком гостеприимного дома народного целителя.

Вот тогда и понял Борис Иванович, что настал «его звёздный час». Что называется, набравшись не столько смелости и отваги, сколько обычной расчетливой дерзости, он протяжным сигналом потребовал и ему дать дорогу внутрь усадьбы.