Краденая магия. Часть 2

И, разумеется, сие лишь малая толика возможностей Слепка, принадлежащего Воронцовой. Так, с его помощью без труда можно левитировать ту же каплю яда, при этом в ауре отпечатается обращение мага к перстню, но не суть выполненной операции! Поэтому-то молодая графиня с такой легкостью была готова согласиться на сканирование – никаких улик против нее сия процедура бы не принесла!»

«А может, там все проще: яд переправил в бокал кто-то из прихвостней Миланы, поэтому она и осталась чистенькой», – предположил я.

«Возможно, но маловероятно, – не согласился фамильяр.

– Ныне для Воронцовой дело чести – разделаться с вами лично, сударь. Перепоручать сие манникам молодая графиня не стала бы».

«Синдром Волан-де-Морта, блин! – буркнул я. И, заметив, что Фу умолк, счел необходимым пояснить. – Книга есть такая в нашем мире, сказка – как раз про волшебников. Там один злодей хотел непременно убить главного героя сам. На чем в итоге и погорел. Было так…»

«Благодарю, я уже нашел в вашей памяти сию занимательную историю, сударь, – перебил меня “паук”.

– Замечу к слову, что так называемые волшебные палочки, которые используют ее персонажи – типичные Слепки духа. А еще хочу предостеречь: вы у нас, сударь, увы, никакой не избранный. И даже с моей помощью остаетесь уязвимы!»

«А то я этого не понимаю… – проворчал я. – Тоже мне, открыли Америку!»

«Ох, сударь, не поминали бы вы сей злосчастный континент всуе!»

Сделав себе мысленную пометку при случае разузнать про Америку поподробнее, тогда диалог с фамильяром я был вынужден на этом прервать: пришло время бросить все силы на спор с Алексеевым о размере штрафа моего манника.

Сейчас же, переглянувшись с Надей, я кивнул девушке: объясняй, мол, ты.

– Слепки духа существует по особым законам, – повернувшись к очкарику, заговорила Морозова. – Связано это с тем…

В течение следующих трех минут Надя вкратце изложила Крикалеву все то, что я уже слышал о Слепках от Фу – разве что без сравнений с дерьмом обошлась. Зато уже очкарик не удержался от вонючего словца – благо хоть на изысканный французский манер.

– Вот же merde! – угрюмо бросил он, выслушав Морозову. Тут же, впрочем, сконфузился: – Мои извинения, сударыня. Прошу прощения, Ваша светлость… Но получается, Воронцова с этим перстнем что угодно может творить – и никак ее не уличить?!

– Не что угодно, – покачала головой Надя. – И уличить можно. Но непросто, конечно.

– Никто и не говорил, что будет просто! – глубокомысленно заявил я.