Воитель. Неживая земля.

Девушка включила небольшой радиоприемник, стоявший на кухонной вытяжке, достала из холодильника листья салата, помидор и сыр фетакса. Включила плиту, поставила на нее сковородку и капнула немного масла. Овощи и сыр нарезала аккуратными кубиками, выложила в глубокую прозрачную салатницу, добавила немного специй, ложку оливкового масла, посыпала кунжутом и перемешала. На радио звучала песня Heaven в исполнении Брайана Адамса. Майя любила ее и сделала погромче. Тихонько подпевая, она почистила и нарезала ломтиками картофель, выложила на раскаленную сковороду и слегка посолила.

За окном ее маленькой кухни шелестел дождь. Серые улицы Петербурга растворялись в вечерней холодной темноте. Майя отбросила тревожные, наступающие к вечеру мысли и задернула шторы, будто хотела отгородиться от неприятного мрака. Потом взяла со сковороды обжаренный до золотистой корочки ломтик картофеля, попробовала, решила, что нужно еще чуть-чуть подождать, и неожиданно вместе со своим голосом услышала другой — приятный мужской голос.

— Хорошая песня, мне она тоже очень нравится. Я не помешаю? — спросил Артем.

Сперва Майя хотела сказать, что не любит, когда за ней подглядывают, но поняла, что рада его компании.

— Нет, конечно, проходи, — ответила девушка, поправив непослушную прядь каштановых волос.

— Я не хотел тебя беспокоить, пока ты была занята. А потом услышал, что ты здесь, и решил заглянуть. Извини, если напугал, — будто читая ее мысли, сказал Артем и прошел в кухню.

Что-то произошло с Майей в этот момент. Сперва наступившие беспокойство и тревога, вызванные необъяснимыми переменами, уступили место внутреннему покою. И эти изменения, казалось, связаны именно с Артемом. Майя почти физически ощутила невероятную силу, исходившую от него.

— Сейчас уже все готово будет, — затараторила она, пытаясь осознать произошедшее.

Взяв стул, Артем устроился между столом и холодильником.

— Если хочешь, включай телевизор, — предложила девушка и выключила радио.

— И без него хорошо. Майя, знаешь, я хотел извиниться за то, что позвонил вчера так поздно.

Стоя к нему спиной, она улыбнулась, а по телу пробежали мурашки.

«Как приятно… — подумала она. — Вот бы он еще раз назвал меня по имени».