Серый снег

— Доброго вам вечера, гости дорогие, — начал он ещё на подходе, прерывая брань кучера с пассажиром.

— Да ты есть смеёшься?! — тут же взвился «меховой», да и кучер приподнялся на козлах, в этот раз полностью согласный со своим клиентом.

— Ничуть! —  усмехнулся Покланец. — Вот ежели б вы оторвали рессору лигах в двадцати отсюда, в сосновнике, например, вечер был бы недобрым. Но окромя волков вам бы никто этого не сказал. 

С этими словами мужчина вытащил трубку и принялся ловко её снаряжать.

— Стало быть, добрый вечер, гости дорогие, — повторил он, усмехаясь в усы.

Пассажир, кажется, оценил своеобразный юмор Покланца, спрыгнул на заснеженную дорогу и ответил уже спокойно:

— Тогда и тебе вечер добрый, мил человек. А подскажи, любезный, где тут можно остаться на ночь? — он оглянулся на покорёженный экипаж и поправился. — На три-четыре ночи остановиться?

— Подскажу, конечно, — кивнул Покланец, раскуривая трубку, — вон за три дома трактир. Вы, господин…

— Хайнрих!

— Вы, господин Хайнрих, ступайте к нему, а я помогу вашему кучеру экипаж распрячь и вещи туда отнести.

— Ну, разумеется, — кивнул пассажир, выудил откуда-то из-за пазухи монетку, светло блеснувшую в лунном свете, и кинул Покланцу. Тот сноровисто поймал её.

— Ещё пару выдам, как закончите, — добавил пассажир и грузным, но скорым шагом направился к таверне.

Наёмник помог расклепать сцепку и вместе с кучером довёл коней до таверны. Пока кучер привязывал свою упряжку и втолковывал дворовому мальчишке, чем и как обиходить его коней, Покланец вернулся к экипажу.

Он не планировал обносить гостей, это было не в его правилах, но взглянуть на пожитки, которые вёз с собой мохнатый колдун, было страшно интересно. Старый наговор наёмников под названием «Одним глазком», открывавший любую кладь, не тревожа замков, щеколд и охранных заклинаний, ещё не был дошёптан над сундуком, когда из кареты почти беззвучно вышел второй пассажир.

А ведь Покланец при всём своём опыте и сноровке даже не заглянул внутрь кареты. Глаза ему отвели, не иначе… За время, что понадобилось им с кучером для того, чтобы распрячь упряжку, любой человек пошевелился бы или вздохнул внутри неё. А поскольку этого не произошло, Покланец и не предположил, что внутри ещё кто-то есть.

Высокий, бледный и крайне худой мужчина с длинным суковатым посохом набросил капюшон на голову и подошёл к сундуку.