Нашествие арабуру (третья книга)

Холмы кончились, пошли уступы, и на одном из них, когда, казалось, что уже конец пути, что где-то здесь среди сосен и елей должна быть нужная пещера, наткнулись еще на один труп. Человек тоже был убит мшаго – пахло все тем же горелым мясом. Собственно, по этому запаху его и нашли. Афра постарался.

– Бакаяро! – выругался Баттусай. – Мы так никогда их не осилим!

Придумаем, зло подумал Натабура, мы обязательно что-нибудь придумаем. И осилим. Быть такого не может, чтобы не осилили. Наверняка есть средство, просто мы еще не догадались.

На поляне у входа в пещеру лежали два человека. На пороге – еще один с луком. Это могло означать только одно – капитана Го-Данго защищали до последнего вздоха. А если это так, то, значит, все пропало, и заговор, не успев созреть, рухнул.

Баттусай обшарил все окрест, вернулся и прошептал:

– Больше никого нет…

– Ну что будем делать? – спросил Акинобу, переворачивая лучника, чтобы посмотреть ему в лицо.

Он узнал его по затылку.

– Прости, друг, – прошептал Акинобу, – что мы пришли слишком поздно.

Он подумал, что раз Гэнго с его луком не смог поразить ни одного арабуру, то дела дрянь. А может быть, он все же кого-то из них убил? – с надеждой подумал Акинобу.

Они сели в круг на корточки, готовые при малейшей опасности вскочить на ноги и схватиться за оружие.

– С рассветом все равно надо уходить, – высказал здравую мысль Натабура.

– Да, они обязательно вернутся, – согласился Баттусай.

– Утащили своих, – убежденно произнес Митиёри.

– Хорошо бы… – вздохнул Натабура.

– А что если кого-то оставить? – предложил Акинобу. – Ведь сюда кто-то приходит из наших.

– Я бы вообще пока убрался из города, – высказал Баттусай здравую мысль.

– Это правильно, – согласился Акинобу. – Но, с другой стороны, сюда кто-то обязательно должен вернуться.

– Не сидели, – согласился Натабура, – это правильно. Сэйса, давайте, я останусь?

– Хорошо, – почему-то не сразу согласился Акинобу. – Надо еще подумать. Ты слишком долго не ел и к тому же ранен, – сказал он.

И действительно, при упоминании о еде в желудке Натабуры неприятно засосало, и он ощутил приступ слабости: то ли кончалось действие сутр, то ли пришло время поесть.