Месть самураев (вторая книга)

– Что говорить?

– О том, как прекрасна жизнь. О том, что люди созданы для счастья.

– У тебя завораживающий голос, – согласился Акинобу. – Ты, наверное, знаешь священные сутры?

– Да, мой господин.

Масло действовало как обезболивающее. Старые раны тут же прекратили болеть, и Акинобу почувствовал себя молодым. Он был знаком с дой. Дой применялся во многих лекарствах Нихон и Ая. Его действие можно было контролировать. Но в этот вечер Акинобу слишком устал. Он позволил себе расслабиться совсем немного. На одно короткой мгновение.

– И сказал он ему: «В упор нельзя смотреть на две вещи: на солнце и на смерть!» Вы спите, мой господин?..

– Пятая строка сутры «О вреде забвения»! – воскликнул Акинобу, перевернулся и схватил Ёко за руки.

– Говори, негодная девчонка, кто тебя послал?

С ней случилась короткая истерика – пока Акинобу не плеснул ей в лицо водой из таза для мытья рук.

– Ну?! – грозно потребовал он.

– О, господин… – она поползла к нему на коленях, пряча в руке иглу с ядом. Ее кукольное личико исказила гримаса ненависти.

– Дрянная девчонка! Брось иглу, иначе я убью тебя!

Она предприняла отчаянную попытку – прыгнула, как кошка, но только насмешила Акинобу. В этот момент в пагоде зазвучал колокол.

– Вот для чего ты пыталась меня усыпить, дрянная девчонка! – воскликнул Акинобу. – Говори, кто тебя послал!

– Поздно… – ответила она. – Поздно. Мне теперь так и так не жить.

С этими словами она воткнула себе в грудь иглу и тотчас умерла с печальной улыбкой на кукольном лице.

Акинобу не успел ее остановить. Бедная девочка! Он подивился ее решительности и, схватив одежду и оружие, бросился к выходу. Однако дверь оказалась закрытой снаружи. Пришлось выбить окно, чтобы покинуть дом.

Деревня горела. По улицам метались обезумевшие крестьяне, курицы и овцы, лаяли собаки, а сверху на все это оседал черный пепел. Впрочем, в утренних сумерках едва ли можно было что-то разглядеть – разве что снег стал черным и грязным.

Возле дома Натабуры на него бросились два асигару и один зиган с нагинатой, и хотя Акинобу всех троих знал и даже крикнул, кто он такой, чтобы предупредить их, они не остановились. Только когда они молча оттеснили его в переулок, он сообразил, что они действительно хотят его убить. К этому моменту он уже был ранен в руку. А раненый всегда проигрывает в бою, вспомнил он классическую фразу из «Искусства войны» Суньцзы.