Восьмое Королевство II. Руководство гильдмастера

— Святой человек! — прокомментировал Жека, уже оказавшийся рядом. — Не пьёт совсем.

Илья поднял книгу с пола. Это был тот самый томик, что подарил ему “свет”. На первой странице был рисунок копья на фоне крепости. Рисунок был очень условный, из нескольких линий. А снизу, корявым почерком Ильи шла надпись: “Страх оковы разума”. Илья перевернул страницу. Рисунок тут был куда изысканней. По прежнему чёрно-белая графика, но состоящая из множества линий, складывающихся в сложный, словно бы двумерный, абстрактный узор.

— Твой почерк?

— Мой, — удивлённо кивнул Николай. — Но я не помню как это писал. И что с Библиотекарем говорил, тоже не помню!

Сияние вокруг головы лидера Десятого Королевство стало медленно гаснуть. Илья оглянулся, внимательно посмотрел на Геру. Задумался на секунду.

— Ладно. Восьмые! Сюда, ко мне! — крикнул Илья и направился к Герострату. Тот сидел в позе задумчивости. А может и отчаяния — обхватив голову сразу обеими руками и оперев их на колени.

— Ну, кто порадует нас новыми приобретениями? — Спросил Жека остальных, когда они собрались рядом. Салта шагнула к нему, показав сложенные ладошкой руки. А потом раскрыла их. Жека испуганно отшатнулся, но быстро справился с собой. На ладони девушки сидела гладкая, изящная, словно отлитая из серебра крохотная лягушка. Её бы можно было принять за статуэтку, если бы она время от времени не перебирала лапками.

— Не лезьте к ней пальцами, ей страшно! — буркнула Салта, когда кто-то протянул руку, чтобы потрогать её нового питомца.

— Еще кто-то? — спросил Илья. Но его прервало хлопанье крыльев. Все обернулись на звук. Первый опирался на томик с Вороном на обложке, а на плече у него сидел настоящий Ворон. Птица была большой, полурасправленные крылья размером с зонтик, а страшноватый, острый клюв как мужская ладонь. И ворон бы настолько черный, что детали скрадывались от взгляда, он казался трафаретом птицы на фоне реальности.

— Я помню, — хрипло сказал Первый.

— Помнишь что тебе Библиотекарь сказал? — заинтересовался Илья. Но Первый отмахнулся от него. Глубоко вздохнув, он продолжил, тем же сдавленным, взволнованным голосом:

— Я помню, как я получил силу, — последнее слово он произнес с особыми интонациями. Первый снова глубоко вдохнул и выпалил. — Там было темно. Там были люди… Нет, не люди.