Зона 51. Начало

Когда-то давно Гришка читал, что человеческий организм — невероятно сильная штука, никто не знает, насколько велики его внутренние ресурсы. Ну что же, Гришкиных внутренних ресурсов надолго не хватило. Он просто хотел, чтобы всё это закончилось.

Стоял, смотрел на чёрные силуэты и ждал, пока зрение не прояснится окончательно, и даже не закричал — слишком много криков на один день, — когда понял, что во дворе лишь один живой человек — он сам. Остальные превратились в вытянутые чёрные пятна на асфальте — Гришка подобное видел на фотографиях в учебниках истории, когда в школе проходили Первую атомную.

Такие же пятна оставались после сгоревших людей в городах, на которые сбрасывали атомные бомбы. Дом, деревья, песочница, лавочки — всё целое. А родители сгорели. И тётя Люба сгорела. И дураки, остановившиеся поглазеть на цветы, тоже сгорели.

Гришка задрал голову и слепо уставился в алое небо. Он подождёт. Когда-нибудь дождь из чёрных цветов вновь упадёт на землю.

***

От автора: если вам понравилось, ставьте, пожалуйста, лайки.

Ведь лайки приманивают вдохновение!

Иван. Светлое будущее

Пулемётные очереди, взрывы и крики. Миссия — уничтожить террористов и спасти пленников, хотя второе — скорее по желанию. Хочешь — спасай, а хочешь — расстреляй сам, разница в очках минимальная. Иван занимал верхние строчки рейтинга и мог себе позволить… убивать невинных. Нести сопутствующие потери. Иногда операции по спасению превращались в кровавые бойни. Он в таком случае, конечно, спускался на пару позиций вниз — например, с пятого места на восьмое, но потом быстро возвращался обратно — ну ещё бы, убивать в игрушке по пять часов в день… тут бы любой дурак верхние строчки занимал.

Жизнь пустышки… она такая — разнообразием не блещет. Чёрная работа, закон о тунеядстве и вагон свободного времени, чтобы подумать о своей жалкой жизни. Иван беззвучно выматерился и расстрелял выскочившего на него террориста. Получай! Грохнуло от души — он добавил залпом из гранатомёта. Позади заворочался на кровати Гришка — проснулся-таки.

Часа два как в квартире гай-гуй стоял — кастрюли гремят, двери хлопают, компьютерные колонки орут, — а мелкий спал и в ус не дул. До утра, небось, переписывался с Анькой. Вздорная девица — Иван таких обходил десятой дорогой, — но Гришку чем-то зацепила.

Перекосившаяся хижина взлетела в воздух. Минус пять террористов. Гришка чем-то зашуршал и мученически застонал — жалеет себя, бедолага, не дали продрыхнуть до вечера.