Даркут: великий перелом

Аитбек кивнул.

Со стороны Серого ущелья снова послышались крики. Сначала далекие, затем все ближе. Вся долина пришла в движение.

— Что случилось? — спросил Аитбек.

Подскакал еще один всадник. Закричал, указывая в сторону ущелья:

— Скорее! Я никогда подобного не видел!

Сквозь рев толпы слышались мелодичные и нежные трели чибизги. Гауры встали на дыбы.

— Этого не может быть, — сказал один из тех всадников, что привезли трупы юношей.

Аитбек вышел из-под навеса, раздвинул толпу и вгляделся вдаль.

— Что там, отец? — спросила Алтыншаш.

Аитбек тоже сначала не поверил глазам. Юродивый шел по долине и весело играл на чибизге. Плясал в ритм музыки, вертел задом и выбрасывал ноги. За ним, покачиваясь, ползла на полусогнутых лапах гигантская мегатерия. Все тело покрыто коричневой шерстью, голова рыжая. Всадник едва достал бы ей до груди.

Люди расступались перед ними. Юродивый дошел до Аитбека, прекратил играть и закричал, махая чибизгой:

— Я победил зверя. Я победил зверя.

— Ты это о чем? — спросил Аитбек.

— Я одолел зверя, — сказал дурачок. На тощем лице светилась улыбка. Показал на Алтыншаш. — Отдавай ее.

Мегатерия замерла за его спиной.

— Ты с ума сошел? — спросил Аитбек, а затем понял, что дурачкам бессмысленно задавать такие вопросы.

— А ведь он прав, Аитбек, — заметил Убар. — Он одолел мегатерию. Отдавай ему дочь.

Люди вокруг закивали. Один из старейшин рода кахасков сказал:

— Условие выполнено, Аитбек. Он победил. Выдавай дочь замуж.

— О чем они говорят, отец? — закричала Алтыншаш.

Аитбек обвел людей взглядом. Вздохнул. Взял юродивого за руку и подвел к дочери. Дурачок хихикал и пританцовывал.

— Отец, не делай этого, — завизжала Алтыншаш.

Аитбек схватил ее руку, дернул и с силой вложил в ладонь юродивого. Хрипло сказал:

— Отныне ты принадлежишь ему.

Юродивый нежно и задорно заиграл на чибизге, пуская обильную слюну. Алтыншаш заплакала. Мегатерия качалась в такт мелодии.

***

Ночью юродивый увел Алтыншаш в горы.

— Я покажу тебе чудо, — приговаривал он.

В горах стоял холод, у девушки замерзли руки. Свистел ветер. Они шли через сосновый лес. Потом деревья закончились, пошли между скал. На фоне мрачных небес темнели силуэты гор.

Мегатерия шла за ними по пятам, камни катились у нее из-под ног.

— Куда мы идем? — спрашивала Алтыншаш. — Почему не едем на гаурах?

Юродивый молчал.

Однажды девушка села на камень и отказалась идти дальше.

— Сам иди пешком, урод, — сказала она мужу.