Роркх. Потрошитель 2

— С таким слабым некромантом мы бы все сдохли, если бы Руди не устроил эту дикую хрень и не пожертвовал своим хантом. Спасибо тебе, дружище, — я похлопал парня по плечу.

— И тебе, Люц, если бы ты не притягивал неприятности, то я ещё вечность играл бы Рупертом, — подмигнул мне Руди.

Хоть в чем-то Фин оказался прав. Руперт, земля ему пуховик, действительно в некотором роде пал жертвой своего же хозяина.

— Эй, очнись уже, Люц, пора заняться взрослыми делами, — пальцы Фина щелками у меня перед лицом.

— Да, давай, что там, рассказывай, — я плюхнулся в кресло на колесиках и крутнулся вокруг оси.

— Сперва установим мишени и глянем, как ты стрелять научился, — ухмыльнулся Фин. — В голову в упор ты стреляешь на пять с плюсом, но этого маловато.

Следующие полчаса, и затем еще полчаса я провел в импровизированном тире. Сперва все казалось простым и обыденным. Бумажные цели, и вычисление оптимальной дистанции, на которой я мог вести эффективный огонь.

Но потом Фин притащил откуда-то ананас и швырнул его Руди.

— Да! Да! Обожаю! — фрукт в руках Руди, казалось лопнет в любой момент, настолько сильно он в него вцепился.

А затем на меня нахлынули давно позабытые чувства. Я вспомнил насколько дикие люди меня окружали. Что это не какие-то рядовые найтханты, а безумцы.

Руди рванул к мишеням и остановился лишь когда Фин его окликнул. Тогда он обернулся и улыбаясь поставил ананас себе на голову.

— Давай, Люц! — заорал он так, что не удержал равновесие и фрукт упал на пол. — Извиняюсь, я сейчас, всё! Готово!

— Давай, Люц, — повторил его слова Фин.

— Вообще с головой не дружите? Я не буду, — оба люгера щелкнули предохранителями.

— Что? Почему? — меня за руку схватил Фин.

— Почему? Да потому что… Вдруг я промажу, и попаду в Руди.

— Ничего страшного, все быстро заживет, мы же даже не в серой зоне сейчас.

— Ананас на его голове, Фин. А пуля в голову это… Тут уже подорожник поздно будет прикладывать.

— Слушай, партия будет тяжелой.

— Что ты делаешь? — не выдержал я.

Но Фин не ответил, он продолжил копошиться в одежде. После чего вдруг резко шлепнул себя ладонью по лбу и подскочил к столу с бумагами.

В тот же момент почти все они, одна за другой полетели на пол.