Тайна черной маски

- Я не собираюсь прятаться, или вы и ваши люди не в состоянии меня защитить?

В разговор неожиданно вмешался супруг принцессы:

- Я бы посоветовал остаться дома барону фон Шлотерштайну. Мне кажется, он еще не оправился после ранения и должен находиться в постели. А его жена пусть присмотрит за ним.

Про себя принц подумал, что если эта парочка останется дома, то и все остальные могут избежать опасности.

Лиза с благодарностью взглянула на Станислава. Может этот упрямец прислушается к мнению принца? Но Рюдигер не оправдал ее надежд.

- Простите меня, Ваше Высочество, но это полная чушь! Я вполне здоров и готов исполнять свои обязанности! – сердито возразил Рюдигер. Он почтительно поклонился принцу и тотчас выпрямился, давая понять, что разговор окончен.

Яромир усмехнулся, другого ответа от друга он и не ожидал. Однако, известие о том, что этот праздник будет последним, и пребывание их здесь скоро завершится, он воспринял с искренней радостью.

Вечер удался на славу.

Элина приберегла для прощания с Венецией небесно-голубое платье. Наряд отлично сидел на ее изящной фигуре и подчеркивал цвет глаз в прорезях маски. Курт в парадном камзольчике важно вышагивал рядом с родителями, уверенный, что его маму никто не сможет затмить красотой.

Лана изменила своему пристрастию к золотому и появилась в наряде из синего бархата. Рыжие кудри рассыпались по плечам, словно языки пламени.

Николло Кавали прикрыл глаза рукой, разглядывая алданских красавиц.

- Столько прекрасных женщин! Я боюсь ослепнуть!

Стоявший рядом с ним Джеронимо усмехнулся:

- Не спорю, наши гостьи радуют глаз, но боюсь, ты все же солгал. Та дама в алом бархате для тебя сейчас прекраснее всех.

Николо с тоской поглядел туда, где Франческо Фоскари непринужденно беседовал с принцессой Шарлоттой и Станиславом. В их беседе принимал участие и Анджело, двоюродный брат правителя города. Рядом с ним откровенно скучала стройная дама . Её лицо было скрыто за блестящей позолоченной маской, а черные блестящие волосы свободно падали на открытые плечи.

При виде тонкой фигурки в ярком, издалека заметном платье сердце Николо болезненно сжалось.