Другая сторона

Затем я должен найти вас и установить связь. Это все.

– Чтобы найти меня, вы направились в город, который контролируется людьми? – в голосе Сиризай слышалась неприкрытая подозрительность.

Волшебница не доверяла хобгоблину. А еще любопытно, как она сказала про город – известила о контроле над ним. Вряд ли Сиризай имела ввиду игровую расу – людей. Чернокнижница обозначила данным маркером застрявших в «Новой жизни» игроков. После того, как неписи осознали себя, началась резня и война. Если игроки успели сообразить, что происходит, и хоть как-нибудь объединиться, появлялся шанс отбиться от вчерашних болванчиков для развлечений, которые теперь жаждали мести и крови.

– Что скажешь, Кедр? – Сиризай внимательно разглядывала коготь на указательном пальце. – Так ведь тебя зовут?

– Зовут меня иначе, а это мой позывной, – старший спецназовец, чье настоящее имя и звание он не называл, оставался на удивление спокойным. – Мы шли к городу, потому что знали, что подходы к Гринду держатся твоими… э… людьми.

Я ухмыльнулся.

Выдержка Кедра все же дала слабину. Он осекся, когда назвал неписей Сиризай «людьми». Взор волшебницы сверкнул яростью, однако она ничего не ответила. Удовлетворилась его версией, по крайней мере на время. Сейчас внимание Сиризай привлек Бормотун. Нашего широкоплечего бородача привела молчаливая эльфийка, а позади него маячили две орочьи фигуры.

– Пусть войдет! – Сиризай откинулась на спинку деревянного «трона» и повелительно взмахнула рукой.

Как только Бормотун вошел в горницу, я поднялся с лавки.

– Первое! – мой голос звучал громко. – Оно же главное! У меня есть условие!

Я упрямо смотрел на Сиризай. Чернокнижница презрительно скривила губы и произнесла:

– Условия шута?

– Под шутовскими тряпками вовсе не шут.

Страх вдруг исчез. Больше не было страха перед чернокнижницей. Я полностью в ее власти, и прекрасно осознавал это. Но также понимал, что нужен Сиризай, без меня ей не обойтись. Помню, как играла мной та, чьим воплощением являлась волшебница, и я устал от этих игр.

Не позволю себе еще раз прикрыться жизнью друга. Не стану молчать и прятаться от гнева Сиризай, если она собирается казнить Бормотуна!

– Если под этим пестрым нарядом не шут, – произнесла волшебница, – то кого же я вижу?

С физиономии Сиризай сползла улыбка. Она узрела во мне нечто такое, что не понравилось неписю-чародейке.

– Ты видишь триггер! – выдал я. – Без него тебе не жить!

Сиризай побледнела. Она восприняла мой вызов за оскорбление.