Легенды Мелизоры-2. Смертельными тропами

Старший на секунду задумался, а потом протянул ко мне лапу. Я еле успел отпрыгнуть, но он продолжал крутить огромным когтем рядом со мной, заставляя вертеться и уворачиваться. Великан улыбался, и я понял, что он не пытается меня грохнуть – просто забавляется, как кошка с мышкой.

– Баррок не убьет человеков, – произнес он, прервав свою жуткую забаву. – Человеки ловкие. Человеки будут играть – воины будут веселиться, дети и женщины будут веселиться.

В глазах Баррока мелькнуло понимание.

– Учитель Коррис – великий воин.

– Верли-и-им! – завопил я. – Сверху!

Такой крик разбудил бы даже мертвого. Диоген выбрался из-под тряпки, заполошно метнулся вверх и ударился о свод пещеры. Леха подпрыгнул и вжался в стену. А Верлим, увидев опускающуюся на него громадину, успел прикрыться щитом.

– Неслабая зарядочка, – тараща сонные глаза, прошептал Лешка. – Как говорил Робеспьер, глядя на летящее лезвие гильотины: «Хреновато утро начинается!»

Случившийся переполох, похоже, совсем не впечатлил великанов. Баррок сгреб своими лапищами Лекса и Верлима, не обращая внимания на их крики, а Коррис схватил меня, обдав смрадным запахом из пасти. Благо, Диогена они не заметили, филин таких объятий мог бы и не пережить.

Следующие полчаса показались мне вечностью. Коррис нес меня зажатым в кулаке, а я старался не шевелиться, чтобы ненароком не задеть за когти-клинки. Лишь поводил глазами в разные стороны, пытаясь запомнить дорогу. Судя по отдаленному хлопанью крыльев, Диоген следовал за нами на почтительном расстоянии.

Великаны уверенно топали в гору, и земля слегка сотрясалась под их ногами. По мере подъема местность менялась: кое-где появился снег, тонким слоем припорошивший камни, и без того чахлая растительность практически исчезла.

Исполины дошли до вершины небольшой горы и остановились. Я вывернул шею, пытаясь рассмотреть, что находится внизу. И понял, что они стоят на краю кратера, очевидно, жерла давно потухшего вулкана. Баррок издал радостный рев, и оба стали спускаться внутрь по почти отвесному, черному, словно уголь, склону.

Перепрыгивая с одного уступа на другой, великаны быстро достигли дна кратера.