Легенды Мелизоры-2. Смертельными тропами

– Димыч, ты в Питере подрывником работал, что ли?

Он торопливо спустился, цепляясь за корни, и радостно возвестил:

– Ап!

– Грац, дружище! – привычно сказал я. – Мне, кстати, тоже немного до левела осталось. За големов щедро насыпали экспы.

Верлиму же было не до нас. Он сиял, как начищенный самовар.

– Эх, жаль, меня тогда еще не было, – бормотал он, направляясь вглубь тоннеля, – я показал бы этим каменным дурням, где раки зимуют. И плевать, что тогда их были тысячи.

Мы с Лехой лишь понимающе переглядывались да тихонько посмеивались.

За разговорами миновали тоннель. Я достал карту, но в опустившихся сумерках сопоставить с ней дорогу было не так просто. Пришлось спрашивать у Верлима:

– Куда дальше?

Гном поморщился.

– В такую темень? В горы? Утром разберемся, а сейчас нужно искать ночлег.

– Эта берлога подойдет? – Лешка махнул рукой на зияющую в скале дыру.

Явно вход в пещеру. Как он только увидел? Ее и днем-то фиг заметишь. Я согласно кивнул: за сегодняшний день мы здорово вымотались, отдохнуть не помешает.

Огонь разводить не стали, чтобы не привлекать мобов. Наскоро перекусили холодными запасами и принялись устраиваться на ночлег. Диоген выпросил у Лешки тряпку и закопался в нее – типа холодно ему. Но что-то мне подсказывало, что дело не в этом, а в богатырском храпе Верлима.

Расположившись почти у самого входа, я завернулся в плащ, сунул под голову суму и погрузился в сон.

Я проснулся от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Открыл глаза – и тут же крутанулся в сторону, пытаясь уклониться от нависшей надо мной гигантской морды.

Оказавшись на расстоянии, я уставился на чудищ. Их было двое. Грушевидные головы, серебристая шерсть, длиннющие когти – мне хватило секунды, чтобы понять: Горные великаны. Они сидели на корточках у входа в грот и с интересом разглядывали невиданных букашек. То есть нас.

Один из великанов явно был взрослой особью, такой же широкоплечий и мощный, как Гаррах. А вот нескладная фигура и меньший рост второго выдавали в нем подростка.

– Зенолы болеют – кожа не белая, – вдруг негромко проговорил младший и занес надо мной когтистую ладонь. – Болезнь – плохо. Баррок убьет зенолов.

Похоже, пора защищаться. Я вскочил на ноги, но старший великан перехватил лапу второго.

– Нет. Баррок юн. Баррок мало знает. Это человеки. Здоровые человеки.

Молодой великан в недоумении почесал когтями подбородок, умудрившись при этом не пораниться.

– Баррок убьет человеков? – спросил он с надеждой.