Пустошь

Ты обязуешься за год создать и распространить среди разумных существ сто листов бумаги с печатью моего призыва и объяснением, как это сделать. Если ты не справишься со своей частью сделки, твоя душа станет моей. Договор?

— Договор, — поспешно подтвердил я, и хватка на моей руке разжалась. Боль исчезла.

А потом я осознал, на что только что подписался.

— Про душу разговора не было!

— Это обычная клятва, — равнодушно отвернулся от меня демон. Как же, обычная... Я чувствовал ее точно так же, как ученическую: что-то присосалось к моей энергетической структуре и сидело теперь там, контролируя выполнение договора.

— Ты...

— Маг, ты хочешь разорвать договор? — повернулся он ко мне. Его глаза опять стали сине-черными.

— Нет, — хватило мне ума отказаться. Разорванный договор в данном случае — смерть на месте.

— Хорошо. Тогда дай мне свой меч.

Я, чуть помедлив, протянул демону клинок.

— Неплохой, — кивнул он. — Сейчас станет лучше.

Он тряхнул рукой, и с меча посыпалась серебряная труха.

— Я верен договору, маг. — не поворачиваясь ко мне, произнес Эйя. И царапнул себя когтем по запястью.

Потекла струйка черной крови, под которую он подставил изуродованный меч. Кровь теперь аккуратно текла по лезвию, словно впитываясь в него. Я не заметил, чтобы на пол упала хоть одна капля.

— Вот теперь хорошо, — довольно произнес демон и поднял меч вверх. Тот вспыхнул ярким пламенем и тотчас же погас.

— Держи, — он ткнул меч в мою сторону. Я с опаской взял клинок и замер в восхищении. Лезвие стало абсолютно черным, а на месте бывших серебряных прожилок теперь виднелись новые, цвета кровавого золота. Меч точно стал красивее. Надеюсь, не только красивее. Может быть, теперь он...

— Ты особо не надейся, — разбил демон полет моей фантазии. — В договоре было сказано, что я дам тебе оружие лучше прежнего, а не древний клинок свергнутого бога, — так вот, этот меч и стал немного лучше.

— Не поцарапаюсь, — мрачно произнес я, засовывая меч обратно в ножны. Поганый демон, похоже, как-то меня опять обманул, но непонятно — как.

— Хорошо. А теперь слушай меня, маг. Твой учитель был бездарным ничтожеством, ничего не смыслящим в магии. Готов ли ты принять эту мысль?

Я неприязненно взглянул на него.

— Ну, допустим.