Наследник Седьмой Марки (ТР-1)

Слухи дошли до главы рода, тот решил, что отпрыск бросает тень на фамилию. И запретил ему с тобой бодаться.

Ян, ничего в жизни аристократов не понимавший — в отличие от сестры, светскую хронику он не поглощал, как холодный морс в июльскую жару, — на это предположение только плечами пожал. Может, конечно, и так… Прожигатель жизни получает запрет от родителя, бесится и начинает преследовать бывшую пассию.

— Вряд ли, — развеяла заблуждение Лиза, знавшая Адама лучше, чем Эссены. — Он такие вещи творил, когда мы… были вместе, а папенька его никак не реагировал.

Однажды такой безобразный скандал устроил в ресторации на Пахлаванской, избил дворянина и смеялся потом. Ничего ему отец не сделал. Не стал бы он и сейчас вмешиваться.

— Не скажи! — считавшая себя докой в данном вопросе, еще бы, столько дамских романов прочитано, София не спешила сбрасывать свою версию со счетов. — Одно дело скандал замять, другое — позволять какому-то марочному барону раз за разом выходить сухим из воды.

Это же унизительно — смотреть, как отпрыск пыжится что-то сделать, но не может.

Любая жизненная ситуация — опыт. Так считал отец Яна. Он никогда не вмешивался, даже если его сын поступал неверно. Только по завершении устраивал разбор, на котором холодно указывал ошибки и просчеты. Чаще всего это относилось к охоте за Пеленой, но и повседневные истории тоже использовались. Воспитанный таким образом Ян мог предположить, что и глава рода Олельковичей способен действовать так же.

А значит, он не стал бы вмешиваться в конфликт своего сына и незначительного по его меркам дворянина.

Но если права София… Если старший Олелькович теряет лицо в результате безуспешных действий своего единственного сына, то он и правда может запретить тому продолжать конфликт. И попытается разобраться с дерзким новичком самостоятельно. Это же ничего хорошего не сулило. Если уж Коваль назвал себя пескарем против главы аристократического рода, то кто тогда Эссен? Планктон?

Впрочем, дуть на воду и начинать бояться до того, как это следует делать, Ян не умел.

Поэтому он просто учел тот факт, что в их противостояние с княжичем может вмешаться отец оного, и все.

— Завтра мы это проверим, — пообещал он. — А пока… Лиза, тебе не о чем переживать. Ничего тебе этот тип не сделает.

— Ты его не знаешь! Ему никто не указ!

— Ну вот и посмотрим. Ты завтра скажись больной и не ходи в Гимнасий. Сможешь?

— Да, но…

— Вот и отлично.