Ведьмак

Мальчик успокаивал её, гладил по спинке и что-то шептал ей на ухо.

Самый старший из стражи вышел вперёд, выставив перед собой копьё, громко выкрикнул:

— Кто будете?! По какому делу прибыли в Любеч?

— Я вольный наёмник, звать Ярославом.

— Не больно ты на Ярослава похож. Северянин?

— Об том моих родителей спрашивать надо, я тут не при чём.

— Кто с тобой?

Ведьмак не успел ответить. Кто-то из стражников выкрикнул: "Это его жинка!" Раздался громкий раскат хохота. Старший прикрикнул, чтобы все заткнулись. Обратился к ведьмаку:

— Вопрос тот же.

— Не вижу смысла лукавить. Это мой сын, — заметив усмешку на лице стражника, добавил, — приёмный. Приблудыш, пожалел его, приютил. Сам понимаешь, у таких, как я, не бывает семьи, а так, хоть не зря землю топчу.

Стражник расслабился, этот человек ему по душе пришёлся.

— Я пропущу тебя, Ярослав, только скажи о цели приезда, может, чем и подсоблю. Если что, звать меня Добрыня.

— Благодарствуй на добром слове, Добрыня, едем мы по приглашению старосты вашего, Борислава.

— Отчего не подсказать? Опосля моста езжайте прямо, по самой широкой дороге. Как заедете в ворота, не доходя до детинца, свернёте направо, там увидите дом на три жилья. Он один такой, не ошибётесь.

— Вот спасибо тебе, Добрыня. Сколько за въезд?

— Люди вы не бедные, это я и так вижу, стало быть положено по чешуйке с человека, да за каждую лошадь по полчешуйки. Итого четыре.

Ведьмак уже собрался уходить, но стражник его остановил.

— Слышь, Ярослав, по пути ничего странного не видели?

Ведьмак напрягся, но ответил:

— Было что-то. Туман какой-то необычный с утра был.

— Вот то-то и оно, что необычный. Странные дела у нас в последнее время творятся. Люди, понимаешь, пропадают, одна одёжка остаётся. Так что свезло вам. Смерды уж боятся за ворота выходить. Так дальше пойдёт, людей не останется, кто пахать-то будет да сеять? Ладно, бывай, служба, вишь. Ты, если останешься на подольше, разыщи меня, моя жинка такую медовуху варит, язык проглотишь.

Мост остался позади. Впереди было очень непростое дело, как его распутывать, ведьмак пока не знал.

— Ну что, Вьюрок, едем к старосте. Дела делами, а пожрать время пришло.

Глава 4. Работа — не волк, сама придёт

Любеч производил тягостное впечатление. Несмотря на солнечный день, улицы были пусты, ни собак, ни кошек, ни людей. Даже Марыся затихла, хотя до въезда в город она, словно бешеная, пищала, кусала, царапала.