Интербеллум. Будет кровь

Рамон выронил винтовку, патрон упал сверху. Он поднял на меня взгляд, по подбородку его обильно текла кровь. Пара пуль точно пробили лёгкие. Он протянул руку, словно хотел напоследок коснуться меня, а потом рухнул на колени и завалился на бок. В бурую, напитавшуюся кровью его бандитов грязь.

IX

Робишо был удивительно предусмотрителен, почти до угодливости. Даже сам сходил к буфету и налил коньяку обоим. Я глядел на него, не понимая откуда столько радости. Ведь задание я провалил, — Уэлдон погиб — а о том, что произошло в Отравиле и тем более моей роли в этом лучше не упоминать в отчётах.

— Для начала — за успешное завершение дела, — выдал тост Робишо, и мы вместе сделали по глотку отличного «Мартеля».

«Пулемётный» коньяк был очень хорош — он скользнул по пищеводу и упал в желудок волной мягкого огня. Сразу стало теплее внутри, но я постарался избавиться от этого расслабляющего воздействия. Сейчас надо быть собранным, как перед схваткой с людьми Рохо.

— Успешное? — поинтересовался я, видя, что продолжать качающий в пальцах бокал с коньяком Робишо не собирается.

— Третьего дня миссис Уэлдон вернула на счёт полмиллиона гномьих кредитов, которые ты охранял по заданию страховой компании, — пояснил Робишо, ставя бокал на стол и доставая из ящика конверт с эмблемой «Взаимной компании по страхованию Карпантье». Толкнул его мне. — Премии за спасение жизни владельца вклада, увы, не положено.

Именно премия составляла большую часть моего гонорара, но тут уж ничего не попишешь — Уэлдон мёртв, а значит, я этих денег точно не заработал.

Однако Робишо не остановился и из ящика стола, как по волшебству появился второй конверт. Он последовал за первым, остановившись передо мной.

— Ты сумел обаять вдову Уэлдон, — с усмешкой пояснил Робишо, — она прислала чек на твоё имя. Персональная премия за спасение её и сына.

На эти деньги агентство не могло наложить лапу, как бы ни хотели того его руководители. Персональную премию до последнего септима получал детектив — это было закреплено в уставе «Континенталя».

Я сложил оба конверта в карман пиджака, не вскрывая.

— Ты в одночасье стал довольно состоятельным человеком, — заметил Робишо, который, уверен, точно знал сумму премии, несмотря ни на какие запреты устава. — Постарайся не растранжирить эти деньги.

— Тебе-то что до меня, — пожал плечами я, допивая коньяк парой глотков. — Твоя затея ведь провалилась.