Воронов дар. Играя с судьбой

Конечно, здесь император был в своём праве, добыча мёртвой ойры приравнивалась к добыче любой другой ойры, так как в новом законодательстве ничего о ней не было прописано. На поблажки с понижением налога могли рассчитывать только члены императорской семьи или семьи с особыми заслугами перед империей. При жизни я не слишком всем этим интересовался, но был уверен более чем, что император зачастую опирается не на закон, а на собственное чутье. И любой закон по прихоти Его Величества, может вмиг измениться.

Совет министров мало влиял на его решения, боясь попасть в немилость. Но я не сомневался, что в данном случае мы можем требовать больше, чем предлагал император.

- Это не мысли моего племянника, - неуверенно начал Олег, наконец, начав говорить то, что необходимо, - это желание Игоря и, в общем-то, наше общее. Мы готовы заняться добычей самостоятельно, а так как продавать мы ее можем только государству, налог можно и уменьшить.

- Большая ответственность на вас, Гарваны, - улыбнулся хищно император, покосившись на Олега.

– Но налог в десять процентов… – вскинул он брови, намекая, что такое понижение наглость чистой воды. – Даже семьи императорской крови не могут рассчитывать на понижение налога более чем на пять процентов. Или вы рассчитываете войти в нашу семью? – хитро улыбнулся император, вперив в меня вопрошающий взгляд и откровенно застав врасплох.

- Вы ведь ещё ни с кем не помолвлены, княжич? – спросил он.

- Нет, мы ещё не нашли подходящую партию для Ярослава, - поспешила засунуть свой нос в разговор бабуля.

- Это ведь отлично, - радость на лице императора была весьма наигранной и явно этот разговор он планировал. – А у нас как раз имеется подходящая партия. Княжна Александра ведь почти одного возраста с княжичем.

Император вопросительно уставился на брата, князь Григорий сдержанно промолчал, потом мрачно добавил:

- Если только княжич в действительности хорошо владеет своим проклятием. Мне бы не хотелось, чтобы моя дочь была съедена волком на брачном ложе.

Император весело расхохотался, похлопав брата по плечу:

- Смешно, Григорий, - продолжал он смеяться, хотя едва ли сказанное великим князем было шуткой, но юмор у младшего брата императора всегда был специфичен.

- Но, если всё так, как мы наслышаны, - невозмутимо сказал Григорий, – и если Ярослав Игоревич контролирует себя – нам опасаться нечего.

Это не предложение союза, это только лишь намёки, я прекрасно это осознавал.