Крысобой

Простых людей все устраивает. Живут хорошо. Даже при том, что все императору принадлежит, чисто теоретически. В Подбрезове, глухой деревне, у всех дома большие, ухоженные. Здесь в Корханесе вообще можно сказать процветание всеобщее, не считая гоблинов зловредных и диких орков на окраине.

Они даже до великих географических открытий могут не дорасти, раз целый континент за океаном им вообще не интересен.

Соседей только осталось принудить к миру и все, кури бамбук.

Но вот Риффен опять разговор завел, что времена тяжелые, зреет смута.

Метрополия хочет налог какой-то ввести, дескать Шама должна, как и другие провинции, в казну платить.

Не понял.

— А мы, что ли, не платим? — решился задать вопрос.

Берт открыл рот. Риффен усмехнулся.

— Не обращай внимания, Берт, — хохотнул наместник. — Неси десерт. Кранц — вояка, откуда ему финансы с налогами знать.

Ну да, вояка. Тина вообще не выбирала выражений — солдафоном меня обозвала.

— Мы, как пограничная провинция, от налогов освобождены, — сказал Риффен.

— Только армию снабжаю фуражом для коней и едой для солдат. Это моя главная повинность, которую я считаю своим долгом. С Юстигом мы душа в душу жили. Теперь надо посмотреть, кого назначат вместо него корпусом командовать, и тоже общий язык искать.

Я понял, что Риффен здесь по сути сам себе король. И армейский корпус, не афишируя, считает своим, потому что кормит солдат и лошадей. То-то я у него чертяка и завтракаем вместе. Юстига же нет, с кем еще с утреца живой воды выпить, как не с помощником по особым делам.

Короче, умотался я, завтракая, так, что еле до кровати дошел. Как разделся и спать лег, не помню.

Разбудил меня опять же Риффен. Самолично пришел и тормошит за плечо, приговаривая:

— Кранц, подъем!

Я было подумал, что моя двадцатка бойцов прибыла, но нет, еще не приехали.

— Война войной, Крысобой, а обед по расписанию! — Риффен был в отличном настроении. — Я с утра столько дел переделал, а ты спишь тут без задних ног. Идем, Берт поросенка на обед приготовил.

Нет, я точно здесь растолстею, если надолго задержусь.

Спросил Марвина по пути, как они.

— Все отлично, только надо бы лошадей на прогулку, — ответил он.

Я кивнул. Сейчас поедем.

За обедом старался поэтому много не есть и не пить, дескать, еще от завтрака не отошел. Хотелось поскорее галопом пройтись по заснеженной равнине.

— Понимаю, — сказал Риффен, истолковав мой плохой аппетит по-своему. — Я тоже нервничаю, что отряда твоего до сих пор нет.