Верравия. Ключ Отца

Словно мы приближались к четвертому Чернобыльскому энергоблоку. Благо, здесь в воздухе витала не радиация, а, как я понял, мощные магические волны. Если уж меня проняло — человека, не расположенного ко всякому роду колдунства, — то представляю, что сейчас творилось с Хло. Я обернулся к фейре — тот крепко сжал губы, кожа его неравномерно менялась в цвете, а уши заметно подрагивали. Но молодец, ни слова не сказал. 

Я на минуту задумался: какое магическое поле тут было сразу после сражения Богов? Неудивительно, что город даже не пытались отстраивать.

А ведь сколько веков после Великой Битвы прошло — и до сих пор фигачит.

 — Вот здесь я стоял… — заскрипел Рубль. 

Как обычно, неуместные мысли родились совершенно неожиданно. А как он разговаривает? Вернее, чем? Ведь рта или хотя бы дупла как такового я не видел. Ментальное воздействие? Тогда почему голос такой глухой, будто зарождается где-то внутри его тела? 

 — И я все видел… Как Боги низлагали друг друга… Как их осталось всего двенадцать.

Я отогнал глупые размышления о природе голоса аргрима и взобрался на пригорок. По телу будто пробежали сотни вольт. Все мое нутро здорово тряхнуло, и стало трудно дышать. Мы стояли на краю воронки, точнее, по размерам это походило на кратер огроменного вулкана. Это ж сколько он в диаметре? Метров сто пятьдесят? С другой стороны, неудивительно. Тут, получается, почти все Боги полегли.

 — Когда-то именно здесь зародился Йоран… А много лет спустя здесь же и закончил свое существование.

Если бы деревья умели плакать, то, держу пари, Рубль бы сейчас не сдерживался. Странно, конечно: благодаря проклятию аргримы потеряли себя как личностей, но сохранили память о тех трагических событиях. Жестоко? Невероятно. Я мог лишь радоваться, что судьба развела меня с этим мерзким Огулисом и его прихвостнями, едва я только оказался в Верравии.

 — Ты должен был видеть это… Теперь мы можем идти… Я познакомлю тебя с другом…

Я с трудом удержался, чтобы не броситься прочь от кратера.

Все мое естество просило об этом. Бедный Хло так вообще не добрался до места последней битвы, прислонившись боком к куче мусора. Телохранителя заметно трясло. Но на свою беду я увидел внизу край латного доспеха, наполовину торчавшего из земли. Как его до сих пор не занесло землей и пылью, непонятно. Хотя, может, дело в огромных размерах, и он изначально был на поверхности — воткнулся, к примеру, ребром, а со временем осталась видна лишь небольшая часть.