Игрушечный стрелок

Фабиола так и не приходила. Но это, честно говоря, было даже к лучшему — после не самого приятного озарения на замковой кухне сегодня не очень хотелось ее видеть.

Не удивлюсь, если она не пришла именно потому, что поняла это.

С утра я принялся за работу даже раньше, чем принесли завтрак.

Первым делом я взял чертеж и пустой лист, подошел к окну, брякнул на него бумагу и принялся перерисовывать контуры деталей с чертежа на пустой лист. Каждую новую деталь рисовал отдельно, так что, когда я закончил, моя нарисованная винтовка предстала в разборе.

Обводил я не сильно аккуратно, все равно эти каляки нужны только для грубых контуров.

Посетовав, что глупый Бирми не придумал ножницы и дав себе зарок напомнить ему это сделать, я принялся ковырять бумагу ножом, вырезая нарисованные детальки.

Когда я закончил, как раз принесли завтрак — кувшин с холодным молоком, несколько свежих ароматных булочек, омлет из трех яиц и почему-то копченую курицу, хотя в этом наборе органичнее смотрелась бы пара жареных колбасок.

Наскоро поев, я запустил паровой двигатель, чтобы он разогревался, и принялся разбирать полученные от плотников брусочки дерева, разбирая их по толщине, и постоянно сверяясь с чертежами — делать двойную работу, сперва подгоняя деревяшку по толщине, а потом уже обрезая ее, мне не хотелось, так что я с самого начала выбирал то, что более или менее подходит. На это ушло еще полчаса, по истечению которых двигатель исправно пыхтел и вхолостую крутил коленвал, а у меня было готово с десяток дощечек, на каждой из которых карандашом был нарисован контур будущей детали.

Собрав их в кучу, я переместился в комнату к паровику и подключил к валу пильный станок конструкции местных кузнецов. Надел толстые перчатки из нескольких слоев ткани, проложенных тонкой металлической сеткой, глаза тоже защитил хоть и стеклянными и тяжелыми, но хотя бы не мутными, очками, и принялся вырезать детали по нарисованным контурам.

Летела стружка, жужжали зубья лобзика, едва слышно пыхал паровик, сбрасывая лишнее давление куда-то в трубу, уходящую в стену. Всегда нравились мне такие спокойные, медитативные занятия. Пайка, заточка ножей, набивание магазинов что шарами, что патронами — есть в этом какой-то свой кайф. Когда ты знаешь, что делаешь, когда ты видишь, что у тебя получается, когда тебе это нравится.