Каждый охотник желает знать

Дарлид сел на корточки и положил свою массивную руку поверх руки Кенрона, которая уже стала бледной и чуть заметно дрожала. Убедившись, что сын теперь не один, Алина прошла мимо ватаги сидящих кобольдов прямиком к Лисидии и положила мешок с деньгами у ее ног.

– Я не хочу отменять наш договор, – сказала Алина. – Но прошу, вылечи Кенрона.

Лисидия легонько пнула мешок носком ботинка, тот тихо звякнул в ответ. Она кинула Алине две склянки с синей жидкостью, та поймала их и спрятала в кармане платья.

– Твой муж и вправду многое испробовал, – сказала Лисидия.

Алина внимательно взглянула на Лисидию, пытаясь понять, шутит она или нет. Проблема была только в том, что зеннатская ведьма, большую часть времени выглядела либо невероятно скучающей, либо радовалась, когда кто-то сказал ей нечто, чего она не ожидала услышать. Было непохоже, что мольбы на коленях могли изменить ее нежелание помочь Кенрону. Скорее всего, это была очередная попытка заставить окружающих пресмыкаться перед ней.

Повернувшись к Дарлиду, Алина встретилась с ним взглядом.

– Я слышала от кобольдов внизу, что здесь разыгрывалась какая-то сказка, – сказала она. – Ты понял, в чем суть?

Дарлид тут же указал взглядом на рану Кенрона, которую зажимал рукой, мол, не забывай, что сейчас важнее всего. Алина настойчиво ждала ответа, и он догадался, что ее вопрос имеет прямое отношение к выживанию их сына. Хоть и не смог взять в толк, какое именно.

– Я уловил только последнюю фразу, – сказал Дарлид.

– Значит, тебе все же важна наша сделка, – сказала Алина. – Сложно нам будет приносить деньги убийце сына.

Лисидия покачала пальцем и снисходительно улыбнулась.

– Без моей магии у вас не было бы никакого сына, – сказала она. – Я только что напомнила об этом твоему мужу.

– Я не прошу его вылечить бесплатно, – сказала Алина. – Давай заключим пари, если я выиграю, ты поможешь ему, если проиграю, мы будем платить тебе вдвое больше, чем платим сейчас.

Лисидия по-мальчишески присвистнула и взглянула куда-то в ночное небо, видимо, прикидывая, о какой сумме речь. И о том, как тяжело Амелотам будет раздобыть такое количество денег. Она подошла к кобольду, лежащему ничком на черепице, засунула носок туфли под его брюхо и чуть приподняла. Кобольд тут же понял команду и встал на четвереньки, Лисидия устроилась на нем, как на табурете.