Змееносец

Тичу в этот момент показалось, что оба клинка противника превратились в сумасшедший механизм, нацеленный на убийство. У кархуна не осталось ни малейшей возможности ни подумать, ни перевести дух. Он с трудом отражал смертоносные выпады и с большой скоростью пятился, другого способа избежать ран не было.

Усатый наемник продолжал натиск, ожидая ошибки от соперника, и когда тот споткнулся, бандит моментально выбил меч. Парень попытался сбить врага с ног, но подсечка не удалась, и кинжал опытного воина пронзил ногу Тича, пригвоздив ее к земле.

— Хороший получился бой, но всему свое время. Твое, увы, закончилось, — он занес оружие для решающего удара.

Тич закрыл глаза.

И вдруг на месте воина черной воронкой возник мощный вихрь. Когда смерч осел на землю, под ним осталась лишь большая яма, на краю которой через полминуты появился всадник в маске. Он явно что-то искал. Спустя мгновение откуда-то сверху на траву с противным хрустом упало тело усатого наемника, но ратор гермага даже не обратил на него внимания.

— Пожалуй, колдовать в день Красного солнца не стоит даже мне.

Сурич по краю объехал яму и направился к лесу. Он был очень недоволен собой.

Как только первый помощник Мугрида увидел зеленоглазого незнакомца, он решил сохранить тому жизнь. По крайней мере, до тех пор пока сам не переговорит с этим человеком. Кого-то он ему напоминал. Только вот всадник не смог припомнить, кого именно?

— Дихрон, по-моему, за нами следят, — шепотом сообщил Андрей.

— Почему ты так решил, племяш? — «Дядюшка» накануне настолько хорошо отметил свой титул, что покинуть Ориград «родственники» смогли только на следующее утро.

— Я вчера дважды видел одного малоприятного типа, а сегодня он мне снова попался на глаза, когда мы за ворота выходили.

Очарованный пугающей красотой багрового восхода, Фетров внимательно разглядывал, как лучи просыпающегося светила раскрашивают самые разные предметы. Зеленую листву они сделали темно-рыжей, серый камень — бордовым, серебристые доспехи городской охраны — вишневыми.

Игра красок поражала своей непредсказуемостью. Предметы, практически не отличавшиеся цветом при обычном освещении, были сейчас настолько непохожи… Собственные ладони — и те казались чужими. Тем не менее от внимательного взгляда фокусника не ускользнул вчерашний незнакомец. Может быть, потому, что мужчина постоянно щурился: именно так вглядываются вдаль близорукие люди, не имея под рукой очков или контактных линз.