Ингви фон Крузенштерн 3

Двое из поддержки, ожидаемо воздушники и выступают в чине слабых Воев. Тоже хорошо.

— Ну и касаемо главенства, — прочистил горло Геннадий Ортегович, — в бою подчиняться будете Игорю, хоть он и поручик покамест, а вы, — поочерёдно посмотрел он на Алексиса и Дмитрия, — капитаны.

— Капитан-поручики, — неожиданно уточнил Алексис, видимо, чтобы я правильно понял, какова разница.

— Если мы выше по чину, то почему ему? — уточнил Абдулов.

Пётр Петрович потемнел лицом, на что хозяин кабинета ответил выразительным взглядом.

— Во-первых, это мой приказ, — спокойно отозвался Геннадий Ортегович, — во-вторых, но это уже для вашего лучшего слаживания: Игорь пользуется моим полным доверием. В бою вы можете полностью рассчитывать на него.

Алексис успел заговорить раньше Абдулова:

— Не имею возражений, Ваше превосходительство. Игорь сильный воин, это известно. Для нас честь быть под его командованием.

Я метнул благодарный взгляд. Вот уж сказал, так сказал братец Снежаны. Хорошо понимаю, что все они и сами с усами, но вот так, при генерал-майоре и его ближайшем соратнике Петре Петровиче — это широкий жест.

На том кончили. Выступать велено завтра, сутки даны на сборы и подготовку. Так как на меня пудовой тяжестью легла ответственность, нужно выдать распоряжения:

— Пойдёмте на улицу, подумаем и обсудим.

— О чём? — отрывисто бросил Абдулов, рванувший было прочь.

— Нужно решить во сколько и где соберёмся, как поедем, с чего лучше начать…

Тот поморщился, но смолчал. От Алексиса вообще никаких реакций, он словно верный арбалет под рукой — у графа отличная школа.

Вышли из холла Академии, огляделись на широком каменном крыльце. Я указал на вместительную беседку неподалёку. Погода с утра была нежно-ясной, но пока мы беседовали, с моря надуло тучу, что вот-вот разродится.

Перво-наперво выудил кисет и туго набил трубку, затем с наслаждением затянулся и оглядел новосозданный отряд: Абдулов — тёмная лошадка; Александров средний — верный соратник; парни-воздушники хорошая подоплёка в случае чего.

— Можем сразу верхом поехать, — предложил я, — но если критично, то пересядем на лошадей в городе.

— Верхом? — непонимающе посмотрел Абдулов. — Я поеду экипажем до Санкт-Питербурга, как выяснится, где у них логов, выступлю вместе с вами.

Теперь уже моя очередь удивляться. Пара Воев никакого виду не подали, как и Алексис.

— Хочешь сказать, не станешь вместе с нами их искать?

— Это же очевидно. Для чего тогда, по-Вашему нам выделены помощники, — посмотрел он на воздушников.