Обратная сторона волшебства

А то, что они есть, я не сомневался.

Как только за мной захлопнулась дверь и я собрался трансгресировать, неведомая сила, сковала вокруг пространство, словно сверху меня накрыли куполом, а воздух вокруг потемнел.

Пока я подымал палочку, параллельно слышал звук валящихся на землю тел, затем кто-то повис на руке и спине, но несколько взмахов запястьем и с палочки срываются одно за одним сразу два заклинания. Тёмные фигуры, словно укутанные в плащи из чёрного тумана, замедляются, словно угодили в вязкий кисель, а следом пространство озаряет огненное кольцо, и два человека с воем бросаются прочь.

Буквально в следующее мгновение магия исчезает, заклинания развеиваются, а руки сковывает лёд. На мне снова повисают враги, прямо перед глазами появляется лицо, верхнюю половину скрывает капюшон, но как тонкие губы расплываются в мерзкой улыбке я разглядеть смог.

Даже со скованными руками, мракоборец остаётся опасным противником. Что я и доказал, с размаху вдарив этому хмырю головой по зубам.

Пол под ногами качнулся и в следующую секунду меня отпустили. Вот только стоял я теперь в кромешной тьме, где даже рук своих не разглядеть, а палочки в руках нет. И звуки все как отрезало, слышно лишь тихое всхлипывание: «он мне нос сломал».

Да, впервые оказаться без палочки, да ещё и окружённый врагами, то ещё удовольствие. Это чувство беспомощности, дезориентирует, вот только сдаваться я не собирался.

-Ну-ну, мистер Морд. – Раздался чуть насмешливый холодный голос из темноты. – Всегда готовы сражаться?

Я не ответил, оглядываясь и пытаясь понять, в какой стороне стоит говоривший.

-Не стоит, сегодня вам ничего не угрожает. – В голосе говорившего и правда не чувствовалось опасности. – Я клянусь вам в этом.

Из темноты показалось бледное морщинистое лицо, «ветвистые» вены проступали под кожей, словно корни деревьев.

-Что вам надо? – Опустив нож задал я вопрос, понимая, что, если враг хочет поговорить, значит убивать меня пока не намерен.

-Люблю разумных людей. – Одобрительно хмыкнул старик. – Мы существуем тысячи лет, и хотели бы существовать дальше.