Трижды заклятый или СЛАМОНА

— Р-рон!

Заморок двадцатью ступеньками ниже забавлялся с парочкой литтов, которые толкались на узкой лестнице, стараясь достать его алебардами и мечами, но только мешали друг другу прикончить наглеца. Над головами стражников метались несколько увязавшихся за Дэви и Роном погибших душ: мерцая круглыми совиными глазами, они кружили так яростно, что казались не дюжиной, а целой сотней.

Дэви поднялся еще на несколько ступеней, заглянул за поворот и радостно вскрикнул. Лестница, штопором вившаяся вокруг каменного столба в центре башни, дальше распрямлялась и круто взлетала к железной двери.

Выше маячили только темные балки крыши, значит, за дверью должна была быть сторожевая площадка.

— Рон, шевелись, Прорва тебя забери!

— Иду-иду!

Заморок кончиком меча сдернул с литта широкополую шляпу, подбросил, ловко поймал, нахлобучил на свои пламенные космы и побежал к Дэви.

Они бок о бок помчались вверх по истертым щербатым ступенькам. Сзади грохнул выстрел, Дэви почувствовал, как вздрогнул растянутый на двоих Щит, когда в него попала пуля, но до двери оставалось всего ничего.

.. Хоть бы она оказалась не заперта, хоть бы им повезло!

Им повезло.

Обитая железными полосами дверь отворилась при первом же толчке, так же легко захлопнулась, и Ронгхэльм, уронив меч, вогнал в скобу толстый засов.

Спустя пару мгновений приглушенный рев, ругань и частые удары возвестили, что литты отстали от добычи на каких-нибудь два-три шага.

Прижимая к себе Ильми, Дэви сполз по двери на пол, положил меч и шумно перевел дух.

Ронгхэльм плюхнулся рядом, лихо сбил на затылок трофейную шляпу и засмеялся.

— Это было круто! Повторим?

Дэви попытался изобразить волчий взгляд Теварца. Судя широкой ухмылке заморока, до Великого Мага его ученику было далеко.

— А здесь ничего, — сказал Рон. — Уютненько.

Уютненько?

Дэви встал, подобрал меч, сунул его в петлю за спиной и огляделся.

Может, по сравнению с Подвалами Погибших Душ в этой заставленной мебелью берлоге и вправду было светлей и теплей, но насчет уюта Рон явно загнул.

Хотя — какая разница? Главное, здесь было окно, большое незарешеченное окно, багровое стекло которого подрагивало от ударов разбивающегося о подножие башни прибоя. Всего несколько шагов отделяло сына русалки Яниссы от моря, а значит — от дома…

— Кто вы такие, наглецы?

Из кресла в дальнем углу поднялась высокая женщина в синем платье, с золотой короной на черных вьющихся волосах.