Трижды заклятый или СЛАМОНА

– Может, хватит бездельничать? Абракадабра сама себя не придумает…

За ближайшим проломом в стене раздался истошный тонкий крик и сразу — два пистолетных выстрела. Дэви едва успел повернуться в ту сторону, как Теварец выметнулся из кресла и прыгнул в пролом.

Невидимая преграда остановила Великого Мага на середине прыжка. Он опрокинулся на спину, лежа швырнул в пробоину огненный шар, и сгусток пламени, ударившись о незримый барьер, разбрызгался на тысячи искр.

— Назад! — рявкнул Теварец подскочившему к пролому Дэви.

Один из темных эльфов-оружейников нырнул в пробоину и вскоре вернулся, неся на руках маленькую крылатую девчонку. Ее рваное красное платье было перепачкано пеплом, обвисшее левое крыло чертило кончиком по земле.

Бормоча то ли ругательства, то ли заклинания, Теварец встал и бросил сбежавшейся отовсюду детворе:

— Брысь, мелюзга.

Малыши отступили, но не ушли, а молча смотрели, как Великий Маг заговаривает новенькой сломанное крыло. Когда Теварец кончил шептать заговор, эльф передал маленькую валькирию гоблинше Лиуре, которая опекала в маяке детей, оставшихся без родителей.

За пробоиной снова загремели выстрелы, несколько серебряных пуль расплющилось о защитное поле за плечом Теварца.

— Выходи, любитель нечисти! – на разные голоса завопили снаружи. – Вылазь, продажная шкура! Со следующего нечистика мы сдерем шкуру прямо перед твоей берлогой, предатель рода человеческого!

Теварец не обернулся, только сжал кулаки.

Вокруг его колен стал закручиваться прошитый трескучими искрами пылевой вихрь, и малыши бросились кто куда: они знали, что лучше держаться подальше, когда Великий Маг отводит душу с помощью волшебства. Вихрь превратился в змею, змея взметнулась на высоту роста горного тролля, перекусила себя пополам, извивающиеся половинки упали на пол, растеклись кровавыми лужами…

— Когда-нибудь я уберу твое хобо, Теварец, честное морское! — выпалил Дэви.

Кровавые лужи впитались в пол, смотритель маяка уставился на Дэви лютыми глазами попавшего в капкан волка.

Любая магия имеет свои границы. Любой волшебник имеет не только силу, но и слабости, и чем могущественней чародей, тем строже правила, которым он повинуется. Великие Маги Запределья испокон веков подчинялись двум непреложным Древним Законам: Закону Дверей и Закону Хобо. Закон Дверей гласил, что Великий Маг может покинуть жилище только тем же путем, каким в него вошел.