Трижды заклятый или СЛАМОНА

— Ваше величество! Если второй принц вам не нужен, проще всего было бы его утопить, — говорил седой старикашка, поправляя то и дело сползающие на кончик носа очки. — Но если вы опасаетесь пересудов среди ваших подданных и в соседних странах, я предлагаю более мудрый способ: когда будете крестить принца, не приглашайте никого на крестины!

— Что-что? — переспросил сидящий на троне краснолицый толстяк.

— Ваше величество, помните сказку про спящую принцессу? Ее родители не пригласили на крестины одну-единственную ведьму, и разобиженная карга так заколдовала принцессу, что девушка проспала целых триста лет! Если же вы не позовете на крестины никого из здешних Древних и магов, они не оставят от принца даже пеленок.

Но вы, ваше величество, будете тут не при чем, во всем будет виновата проклятая нечисть.

— Хм-м, — толстяк задумчиво почесал третий подбородок. — А если нечисть сгоряча заколдует и меня тоже?

— Что вы, ваше величество! В сказке про это ничего не говорится.

— Не знал, что мой первый министр верит в какие-то дурацкие сказки.

Эх, была не была! Завтра окрестим принца, назовем его, м-м… скажем, Джоном — и никого не пригласим на крестины. Но если это не поможет — не обижайся!

— Ах ты, сукин сын! — заорал Рыцарь-Бродяга, снова схватившись за меч.

Грань, в которой отражался королевский совет, словно испугалась этого крика, съежилась и затерялась среди других граней.

Ильмар сунул руку в поясную сумку и достал оттуда маленькую льдинку, брызнувшую в каминном свете яркими голубыми искрами.

— Возьми, — сказал он Рыцарю-Бродяге.

— Ты знаешь, что с ней делать.

Рыцарь-Бродяга потянулся к льдинке, лежащей на широкой ладони короля скельдов, но задержал руку.

— Неужто ты и вправду хочешь передать мальчишке часть своей Древней Силы, Ильмар?

— Я старею. Если меня не станет до того, как начнется смута, часть моей Силы пригодится человеку, который будет сражаться с большим злом.

Призрачный рыцарь внимательно посмотрел на друга. Ильмар, король скельдов, был Великим Магом, а Великие Маги старятся не так, как люди.

В шевелюре и бороде могучего воина виднелось лишь несколько седых волос, его выдубленное морозом лицо пересекали не морщины, а шрамы — память о схватках с чудовищами, обитающими в его королевстве, но Рыцарь знал, что Ильмару далеко за двести, а это солидный возраст даже для мага.

— Ты уверен? У тебя двое сыновей…

Ильмар покачал головой.

— Эрвин будет хорошим королем, Ярс — прирожденный воин, но моя Древняя Сила им ни к чему, им хватит своей.