Трижды заклятый или СЛАМОНА

Он уже три дня не появлялся в Пределе, и я не смог выйти к нему по Заклинанию Маяка.

— А СнежныйВихрь? Почему ты не примчался сюда на единороге, а пересчитывал три тысячи ступенек?

— Снежный Вихрь не явился, когда я позвал.

Великий Маг нахмурился, кусая нижнюю губу. Потом спрыгнул со стола и вернулся к линзе. Только сейчас Дэви заметил, что Теварец больше не хромает, двигаясь с бесшумной легкостью тени.

Дэви поднялся с кресла, последовал за смотрителем маяка, встал за его плечом — и увидел, как в глубине хрусталя засветилась искаженная картинка.

— …Стоит ли тратить на это силы?..

— Стоит ли так рисковать?..

— Ваше величество, подумайте хорошенько — может, лучше построить другую яхту вместо того, чтобы…

— Если бы твой друг попал в беду, Мальтус, ты бы просто завел другого, так? — перебил знакомый голос.

Только по голосу Дэви в первый миг и узнал Рона. Облаченный в щегольской наряд из темно-синей, расшитой серебром замши, Рон сидел в кресле, увитом плющом, и раздраженно похлопывал себя по отвороту высокого сапога узким обручем с большим прозрачным камнем.

Перед Роном полукругом сидели и стояли Древние: в франтоватой одежде и в запыленных кольчугах, с оружием и без, эльфы, вейнуры, гномы… Может, там были и люди, неотличимые от светлых эльфов.

— Что это и где? — полушепотом спросил Дэви, как будто пестрое сборище могло его услышать.

— Королевский совет в Тэннисоле, — ответил Теварец. — Вчера Ронгхэльм взошел на престол Авалона как старший сын и наследник короля Авскора.

К мутным потокам, бушевавшим в душе и голове Дэви, прибавился еще один.

— Я отказываюсь принимать участие в вылазке, — донесся из линзы резкий голос. — Даже если ваш безумный план удастся и вы доберетесь до обломков «Лучезарного»…

Этот голос тоже был очень знакомым, но Дэви не сразу отыскал взглядом того, кто говорит.

— …Обломки наверняка кишат пауками. Зачем тратить время на кучку досок, когда целые города ждут, когда их поднимут из руин?

— Хон-Хельдар скорее согласится с голыми руками пойти на снежного бугги, чем снова встретиться сгигантскими крестоносцами, — заметил Теварец, слегка приглушив доносящиеся из линзы звуки. — Даже холодной ночью, когда пауки еле двигаются.