Затворник в Горной Твердыне

— Да я ж не помню уже. Кажется, туда! — ткнул пальцем тот. Судя по всему почти наугад. Дайс, сидевший на месте возницы, презрительно сплюнул наземь.

— Что значит, не помню? — нахмурился Чизман, злобно уставился на Тафика, — ты оттуда пришёл!

— Я же по степи бродил кругами, пока сюда не вышел.

— Ладно. Вон те горы, где были?

— Вроде бы за спиной...

— Отлично, — процедил программист и скинул рюкзак со спины. Засунул туда руку, покопался и вытащил бинокль, — что-нибудь ещё запомнил? Какие-нибудь ориентиры?! — хмуро спросил он, оглядывая окрестности.

— Кажись, нет, — развёл руками Тафик.

Вокруг была тёмная ночь. Небо над головами было закрыто тучами. Ни звезд, ни луны. Окна постоялого двора позади были единственным светлым пятном на всём просторе.

— Стоп! — воскликнул Валера, вглядываясь вдаль, — у них же там костры! Значит, должно быть видно свет.

— Костры были, да, — вяло кивнул дворф, — это помню.

— Студент, они ж в овраге! Оттуда только отсветы и видно. Эх, — Чизман махнул рукой, — Дайс! Езжай по направлению к горам.

Они медленно двинулись дальше, следуя за телегой. Тафик что-то бормотал, нечто бессвязное, будто бы пытался вспомнить свой путь. Программист чёрной тенью промчался на холм впереди и полез на здоровый камень. Рюкзак мешался, болтался за спиной, так что он сбросил его к подножью валуна. Сжимая в руках бинокль, он встал на ноги на самой верхушке и принялся оглядываться по сторонам.

Дайс направил лошадку к нему. Та сначала быстро катила телегу, но потом пологий склон сменился довольно крутым подъёмом. Бочки в повозке угрожающе пошатнулись, а несчастному пони пришлось напрягаться изо всех сил, чтобы взбираться вверх. Помощник яростно принялся хлестать его, выплескивая на несчастное животное весь свой гнев. Колеса увязли в песке, среди редкой травы.

Чизман наверху вдруг замер и уставился в одну точку. Долго вглядывался туда, застыв на верхушке камня, словно изваяние.

— Эй, — он подбежал к ним, спешно запихивая бинокль в рюкзак, — кажется, я нашёл. Что у вас тут?!

— Застряла, — с досадой прорычал Дайс.

— Так толкайте! Всему надо учить, — фыркнул тот, уперся в доски, — Тафик, давай!

Оборванец принялся помогать ему. Валера тоже вцепился в телегу. Даже помощник Тарога спрыгнул на землю и начал тянуть пони за уздцы.