Танец смерти

Тельза даже ухмыльнулась, подумав о том, что все же попала туда, куда мать и завещала. Помимо этого, в окрестностях значилась известнейшая на всё королевство военная академия. Все это сделало Карнай процветающим, полным жизнью городом. Торговые ряды его множились и занимали внушительную прощать. И народу в нём проживало даже больше, чем в столице.

Маркус и Уж куда-то ушли. Остальные же занялись осмотром владений и окрестностей. А Тельзу и Лялю оставили готовить ужин.

Разбойница, чьё имя никак не сочеталось с внешностью, а точнее, являлось полной противоположностью, спихнула всю грязную работенку на девушку.

Теперь она сидела, закинув ноги в грязных стоптанных сапогах на соседний стул, покуривая самокрутку табака.

— Может уже присоединишься к готовке? — не сдержалась Тельза. Руки от ледяной воды, в коей она мыла овощи, уже онемели. Печь никак не разгоралась достаточно, чтобы вскипятить ведро.

— Видишь эти руки? — покрутила она свои пухлые ручки с грязными ногтями перед лицом девушки. — Их нужно беречь.

А ты чем жальче выглядишь, тем прибыльнее, — хохотнула она и сплюнула на пол.

— Помогай или будешь сама объяснять почему все сегодня остались без ужина, — не захотела отступать Тельза.

— Дрянь, — подытожила Ляля. В её руке сверкнул стилет, а холод острого лезвия обжог шею девушки. — Так что, нужна ещё моя помощь?

Чувствуя как кинжал ластится к яремной вене, девушка с трудом сглотнула, выдавив пристыженное «нет».

— То-то же, — Ляля села на шаткий табурет, продолжая следить за Тельзой, вернувшейся к готовке и боящейся повернуться к разбойнице спиной.

Трёхгранный стилет так и плясах в руках женщины, ловя отсветы чадящих свечей. Ляля заметила беглые взгляды девушки на оружие.

— Это первое, что я украла, — вдруг разоткровенничалась та, — им же и убила бывшего владельца.

Она самозабвенно улыбалась, ударившись в воспоминания, от которых волосы на затылке девушки начинали шевелиться. Ей совсем не хотелось знать такие вещи.

Тельза натягивала раздобытую Маркусом рваную одежду. Грязная повязка легла ей на глаза.

Теперь она вынуждена целыми днями сидеть около торговой площади и простить милостыню. А тех, кто сжалятся над якобы слепой девушкой и осчастливят парой даллов, показав тем самым где они прячут кошелёк, ждёт встреча с щипачами.

Повязка на глаза выглядела непроницаемой, но на самом деле девушка через неё могла различать и дорогу и лица жалостливых прохожих.

Этим она занималась уже около двух недель. Что только не случалось за это время.