Фартовый неудачник

В тот момент, когда я уже протянул руки к горлу незваной гостьи, Наллика вдруг подскочила, как ужаленная, и зашлась в ужасном кашле. Я тут же сбросил плащ и хорошенько укутал им подругу.

— Ну-ну, моя хорошенькая, — лучница нежно гладила чародейку по спине, ожидая, пока девушка исторгнет из себя накопившуюся в легких кровь и черный прах, которым она надышалась во время ритуала. — Сейчас все пройдет.

Закончив кашлять, Наллика обхватила колени руками, обалдело глядя прямо перед собой.

— Ты ж моя умница! — широко улыбнулась разбойница и вспорхнула на ноги, одарив меня самым дерзким взглядом из всех, что мне когда-либо доводилось принимать. — Можешь не благодарить. Эй, ты! А ну-ка иди сюда!

Девушка ткнула пальцем в спину Вольмера, который, держа в левой руке свой надорванный мешок, а правой опираясь на Килию, спешно ковылял прочь с центральной улицы.

— Кхм… Спасибо, — пробубнил я, после чего добавил уже погромче: — Что-то случилось? Зачем он тебе?

— Да так, — пожала она открытыми плечиками и прищурилась.

— Увидишь.

— Да, госпожа? — недоверчиво произнес Вольмер, вытянувшись перед разбойницей по стойке смирно.

— Скажи-ка, мой хороший, что у тебя в мешочке?

— Да так… Пожитки кое-какие. Когда вся эта кутерьма началась, я попросил Килию собрать вещи, вдруг уходить из деревни придется.

— Интересно, — кивнула разбойница, после чего присела и, пошарив в дорожной пыли, подняла на пальцах крохотный блестящий камешек.

— А как долго ты живешь в деревне, мил-человек?

— Месяца три уж точно, — вклинилась в разговор Килия, крепко сжимая нынешнего старосту за руку.

— Да разве ж? — вдруг крикнул какой-то мужик, который уселся на заборе и не упускал ни единого слова. — Ты ж только после похорон Денвера приехал, правильно я говорю, Килия? С недельку-то еще мы без наместника жили!

— Я-я-ясно, — протянула разбойница, а затем, отбросив блеснувший в отсвете пожара камушек в сторону, резко распрямилась, повернувшись к Вольмеру спиной.

Никто из присутствующих не заметил движения, но в груди старосты вдруг выросла рукоять метательного ножа, который рыбкой прыгнул ему прямо в сердце. Раскрыв рот, Вольмер пытался схватить воздух, но дыхание его подвело. Беспомощно взмахнув руками, он уселся на пятую точку и затих.