Названная женой

— Но я бы смогла!

— Потому что ты-то именно научишься, — ответил Скат, а Зельдхилл добавил:

— Нужно изучать и принимать в равной пропорции добро и зло.

— Зельдхилла и его отца считали тёмными. Кого только на них ни натравливали, — добавил Скат.

— А ваш отец был тёмным? — спросила Гвенн у Зельдхилла.

— Светлым, светлее не бывает, — за мага ответил Скат. — Это на нашего аспида охоту открыли. От диких акул свалил, осьминога безумного пришиб, кракену щупки оторвал, змею вырвал сердце, — перечислил дядька.

— Покоятся на дне морском?

— Ну до чего наивно! — процедил Зельдхилл. — Недруги, а не глупые, нацеленные на убийство создания, вертятся на этом же дне со страшной силой, а я-то жив. И я не тёмный, почему никто не может запомнить столь простую вещь?! Тёмные маги противны миру и должны умирать первыми, разумеется, только после того, как они исполнят свое предназначение в этом витке жизни.

— Зельдхилл считает, что он не тёмный, а серый маг. Хранитель равновесия, — добавил дядька Скат.

Гвенн, усилив зрение магически, поглядела на колышущуюся за магом тень, похожую на огромные распахнутые крылья. Черную до синевы. Приложила к глазам мутное стекло и глянула еще раз.

— Да, точно, серый. Именно. Серее не бывает.

— Я все слышу, царевна, — ответил так же тихо Зельдхилл, складывая инструмент и накидывая плотную водорослевую накидку на труп ши-айс.

— Что, укусите?

— Дерзкая девчонка, — пробурчал маг на грани слышимости.

— Хм. Что вы сказали?

— Я говорю, что осознал ваш интерес, моя царевна.

Зельдхилл тщательно отёр руки, поправил кафтан, перетянул шитый серебром кушак с серебряными же шариками на концах.

Гвенн решила, что при всех своих диких замашках он ведёт себя, как заядлый аристократ, с его многословием, изысканными жестами и высокомерием на всякий чих. И что у неё характер тоже не патока.

— Плохой характер — это тоже свойство тёмных? — тихо спросила она.

— Нет, это свойство Зельдхилла, — хмыкнул дядька Скат. — Любит он питаться отрицательными эмоциями. Селёдка снулая, пойдём уже! — крикнул в проём. — Попробуем мы тут некоторую часть магии вложить в оружие, — пояснил он для Гвенн. — Советник Благого Двора обещал помочь.

— Упреждаю ваш вопрос, царевна, — меланхолично выдал Зельдхилл, чем-то отвратительно звякая и шурша.