Названная женой

— Думаешь, он жив? — Гвенн очень надеялась, но верила слабо: слишком часто хорошее в её жизни оборачивалось плохим.

— Послушай сама, — Нис поймал её ладонь и уложил возле своей на лёд.

На лёд, который мелко подрагивал, подобно воде, что окружала Айджиана обычно! Значит, ей тогда не показалось при уходе. Значит, он ещё являлся источником и исказителем магии, и это значило: он закован не насовсем, не окончательно!

— Надо торопиться. Где, ты говоришь, находится Дроун? — прищурился Нис очень похоже на Айджиана.

Двери распахнулись, и в проёме показался дядька Скат.

Глава 27. Рассуждения высшего порядка

За спиной появившегося Ската маячило неясными контурами и рогами разной формы несколько гвардейцев.

— Ска-а-ат! — обрадовалась царевна, в поисках поддержки схватилась за Ниса: на руке у дядьки Ската была повязка, явно наложенная в спешке и изрядно окровавленная.

У Ваа, притворявшегося экзотическим воротником царевича, затряслись губы, полоски резко побледнели, а щупальца опустились. Все, кроме одного, которое поднялось в сторону дядьки.

— У-у-у… у него кровь! — выглядел полуосьминог так, будто вновь собрался потерять сознание.

— Пустяки. Что нам сделается! Воду сечь — только запыхаться, а фомора — самому нарваться, — усмехнулся Скат, бережно зажимая руку. Выпрямил спину, правда, с трудом. И на одну ногу вставал не всем весом.

Тёмно-синий кафтан его был порван, в сапоги въелась белая коралловая пыль, а царапины на прочной коже были подозрительно похожи на следы зубов или когтей.

— Но как вы?.

. — слово «выжили» застряло в горле у Гвенн. Рога у Ската отливали тёмным. То, что они у фоморов не только ради красоты, она поняла давно.

Вояка оглядел её с ног до головы, произнёс нехотя:

— Помутили воду кровушкой, поуменьшили злодеев, — и повернулся к Нису. — Рад видеть, царь-царевич.

— Не царь, только царевич, — Нис нахмурился. — Как получилось уйти?

— Мы отступили сразу, как закончились стрелы. Зельдхилл, наш великий уравнитель всего со всем, не погнушался стянуть со стены Балора и Луга.

Расстарался так, что мозаика ожила, и дрались вместо нас древние боги, — дёрнул щекой. — Зрелище было то ещё. Не знаю, как ши-айс не поседели! Мы успели уйти, а затем вломилась доблестная гвардия. Хорошо, что Луг с Балором уже развоплотились. Кому только в голову пришло пробивать стены? Рога бы открутил! И так после творения его магичества Зельдхилла пару помещений придётся отстраивать заново. И от мозаики, сложенной еще при Балоре Первом, ничего не осталось.