Названная женой

— Много времени это не займёт.

Фоморка плавным движением подняла узкие руки, раскрыла их и повернула, словно сворачивая что-то в воде. Волосы Гвенн зашевелились сами собой. Лайхан поднесла серебряное зеркало, и Гвенн увидела себя с рогами из волос. Это было дико, необычно, но, как ни странно, ей очень шло. Как и чёрные жемчужины в ушах, и струящаяся одежда, украшенная серебряными нитями.

— Благодарю вас.

— Не стоит.

— Нет, ши-саа Лайхан, стоит, — твёрдо ответила Гвенн. — Я от души благодарю вас за помощь. Не сегодня, но завтра вы обязательно расскажете мне обо всём, что я должна знать.

— Обо всём, что должна знать жена наследного царевича, не поведать и за год.

— Значит, у нас впереди очень и очень много времени для общения, — усмехнулась Гвенн, желая оставить за собой последнее слово.

Фоморки растворились так же незаметно, как и появились, Лайхан тоже уплыла, а Нис всё не приходил.

Гвенн осторожно приоткрыла дверь и вышла в коридор. Повернула налево, в ход, словно выгрызенный гигантским червем, расширявшийся туда, откуда падал голубой свет.

— Пожалуйста-пожалуйста, миледи, проследите, чтобы молодой сир не рисковал! — Мигель выплыл из-за тяжелой боковой занавеси, запорхал чёрной юбкой с белой каймой. — Прошлый раз молодой сир направил дикого конька на загородку, и все ахнули от ужаса!

— А зачем он это сделал? — заинтересовалась Гвенн.

— Как пояснил молодой сир нашему сиру, конёк должен был успокоиться, увидев преграду.

— Да? — недоверчиво спросила царевна.

— Конечно! Девять из десяти, что остановился бы, так заявил юный сир Айджиану! — горестно взмахнул юбочкой Мигель.

— Логично! Но вышел десятый вариант, да? — Мигель горестно закивал. — Так вы проводите меня к Нису?

— М-м-молодой сир обещал прийти сам, — замялся Мигель, словно не знал, где находится «молодой сир», и его это изрядно тревожило.

— Как вам царевич Нис? Правда же, он необыкновенный? — отвлёк Гвенн голос фоморки, которая вчера смотрела злобно, а сегодня прикрылась маской любезности. — Хватит и одной ночи, чтобы понять это.

Гвенн помолчала и мгновенно занесла её в разряд интриганок; пока она готова была занести туда всех, кого встречала и кто не доказал ей обратного. Только Лайхан, когда отозвалась о Нисе с приязнью, заслужила каплю доверия.

Мигель развернулся на месте и устрекотал за плечо Гвенн, а глубоководная гадина, непонятно откуда выплывшая, мило улыбалась и всё больше настораживала.

— Мне хватило, — добавила та и с торжеством улыбнулась.