Названная женой

— Не тронь её! Пусть говорят, что хотят!

Она изо всех сил прижалась к нему, не давая сделать опрометчивый шаг. Вот только смерти на празднике не хватает! Или драки двух женщин из-за одного мужчины. Гвенн, удерживая Ниса, сдерживала себя: руки уже чесались отвесить оплеуху. И что она показала бы этим? Невыдержанность волчиц и собственную невоспитанность?

Около Темстиале показался дядька Скат, что-то произнёс, неслышное за общим гулом — и княжна, вперившись взглядом в царевну, внезапно поголубела. Гвенн пожалела, что не услышала слов представителя древнейшего рода.

Аррианская красавица подошла к Нису и Гвенн.

— Мой царевич, моя царевна, я прочитала ваш танец, — медленным движением дотронулась до глаза и сердца. — И поражаюсь силе вашего чувства. Прошу простить мои опрометчивые слова.

Нис кивнул медленно и неохотно.

— Ещё одно неласковое слово про мою жену — и говорить тебе будет нечем. А сейчас лучше уходи, нечего тут воду мутить.

Белые глаза Темстиале пристально оглядели царевну и полыхнули чёрным.

— Что там с рисунком танца? Что она увидела? Что прочитала? — поинтересовалась Гвенн у Ниса.

— Что увидела, то и прочитала.

Царевна опять очень захотела дёрнуть упрямца за рог, но опять не вышло: её пальцы оказались соединены с пальцами мужа. Вот на что таращилась белоглазая красавица! На переплетение пальцев — знак того, что Гвенн с Нисом накрепко связаны, и не только плотски.

Если бы только один царевич был упрямым! Не в характере волчицы было спускать дерзость.

— Это было чудесно, — словно извиняясь за свой несносный характер и драчливые мысли, ласково произнесла Гвенн.

Потянула Ниса из круга танцующих, под арку с яркими актиниями, на которой сидел столбиком настороженный Ваа.

Хватит уже мыслей о прошлом, давно пора жить настоящим.

— Могу уйти. Хочешь, потанцуй с кем-нибудь другим, — мотнул рогами супруг.

Гвенн подхватила его широкую ладонь, прижала к груди, под сердце — там, где прочно обосновался тёплый комочек счастья.

— Не хочу с другими. Хочешь уйти? Уйдём вместе!

Фасад каждого дома — из кораллов, из громадных раковин, из камней — украшали радужные огни, а вывешенные над дверями дудочки слаженно гудели при лёгкой волне.