Найти кукловода

Я просто была рядом, вот и сумела уловить остаточные явления после активации заклинания.

Не выдержав, я спрыгнула с кровати и принялась блуждать по палате, шлепая босыми ногами по теплому больничному ковру. Одежду мне так и не отдали. Впрочем, после моих приключений я бы сама не надела ту грязную рванину, в которую она превратилась. Поэтому сейчас я была в просторной рубахе, доходящей мне до колен. На запястье – браслет с именем и фамилией. Одно радует, что целители подошли к своей задаче максимально добросовестно, вылечив не только мою шишку и поставив на место мозги, слегка сдвинутые после удара старика Арчибальда, но и не обошли вниманием множество царапин и ссадин, прежде щедро украшающих мои руки и ноги, не говоря уж о россыпи багрово-черных синяков.

Я остановилась напротив окна и уставилась на пейзаж, своим унынием навевающий думы о скорой осени. Там, снаружи, ветер гнул деревья, безжалостно обрывая с них еще зеленую листву, по небу стремительно бежали тучи, грозящие вот-вот пролиться новыми потоками дождя.

Я зябко потерла плечи, в тысячный, наверное, раз вспомнив жаркий Хекс. Когда же, ну когда я наконец-то вернусь на родину?

– Как вижу, вы уже достаточно оправились, раз твердо стоите на ногах, – оборвал мои размышления мужской голос.

Я обернулась и с невольным внутренним содроганием лицезрела на пороге палаты Луциуса. Тот стоял, небрежно привалившись плечом к дверному косяку, и почему-то улыбался.

Стоило отметить – улыбка у него действительно была очаровательной из-за ямочек на щеках, правда, глаза при этом оставались холодными и колючими.

– Как вижу, вас не учили стучаться, прежде чем зайти, – моментально ляпнула я и тут же пожалела о своей необдуманной и непонятной даже для себя дерзости. 

Доминика, что это с тобой? Ты не в том положении, чтобы грубить представителям закона. Впрочем, это не рекомендуется делать в любом случае.

И каждый хекстянин об этом знает. Со служащими магического департамента лучше дружить.

В серых глазах Луциуса промелькнуло что-то похожее на затаенный смех. 

– О, великодушно умоляю простить мою небывалую наглость и вопиющую неотесанность, – проговорил он с сарказмом. – Безусловно, это моя вина. В следующий раз я обязательно постучусь, когда решу нарушить ваш покой.

Я, насупившись, смотрела себе под ноги, кляня себя на все лады.