Проклятье Ифленской звезды

Если хоть у кого-нибудь из них ружьё готово к стрельбе, шансов выбраться живым из этой передряги у него будет немного.

Окинул быстрым взглядом улицу, в поисках путей отхода: дорога к лесу пока была свободна. Но не тащить же вооружённых солдат по своему следу?

Он метнулся к гостиничному забору. Глухо бабахнуло неподалёку ружьё, но пуля прошла стороной. Невысокий гнилой этот забор оказался всё-таки серьёзной преградой уставшему телу – подтянуться и перемахнуть на противоположную сторону вышло лишь со второй попытки, и Шедде даже услышал звук приближающихся шагов – это преследователи решили взять его живым.

Пусть пытаются! Не такие пытались!

Теперь важна была только скорость…

Нет, пожалуй, скорость и везенье. Но об этом лучше не думать. Шедде бежал к хозяйственным постройкам, ощущая у себя на спине перекрестье чётко нарисованной мишени.

Жалкие два десятка шагов – и целая вечность ожидания выстрела.

И всё же выстрел грянул, когда он уже скрылся за телегой с бочками, которую как раз начала разгружать гостиничная прислуга.

Стараясь не сбить работников с ног, он метнулся в открытый склад. Куда дальше?

Небольшая дверь в дальней стороне помещения вывела к двум проходам, один вёл в каретный сарай, другой – вниз, должно быть, к запасам вина и копчёного мяса.

Шеддерик рассудил, что там, где экипажи, где-то неподалёку должны быть и лошади, и не ошибся. Каретный сарай, расположенный на первом этаже гостиницы, примыкал одной стеной к денникам. У выхода ожидала хозяина лошадь под седлом.

Шеддерик оглянулся: за его спиной нарастал шум. Преследователи столкнулись внутри с гостиничной обслугой. Эта задержка была настоящей удачей. Шедде вскочил на оседланную лошадь. Та от неожиданности немного присела. Это была одна из коричневых длинноногих лошадок, что содержались в гвардейских конюшнях Тоненга, о чём говорили и серебряные, особого рисунка бляхи на сбруе, и чёрная седельная «форменная» сумка.

Одной проблемой меньше – чья-то личная лошадь могла и отказаться нести незнакомого седока.

Лошадь быстро поняла, что к чему, и вынесла Шеддерика к воротам.

И тут стало понятно, что Довен-Рыбак соврал и о количестве засевших в деревне ифленских солдат.

Их было больше пяти – наверное, целый десяток.

Некоторые из них оказались сообразительней товарищей, и пока одни бегали по двору, пытаясь поймать Шеддерика и только мешая друг другу, другие преспокойно зарядили ружья и устроились ждать у ворот.