Проклятье Ифленской звезды

И уж тогда это вам придётся бежать и прятаться…

Парень даже спину распрямил и нос задрал, почувствовав себя хозяином положения.

Что было плохо, так это то, что его действительно могли хватиться и поднять тревогу. Если бы мальканки рядом не было, Шедде бы один раз вломил зарвавшемуся дурню по челюсти, да и дело с концом.

Кто мог подумать, что обещание «никого из местных не убивать» так быстро будет испытано на прочность? Оно конечно, бить – не значит убивать. Но пока она тут стоит и смотрит – ничего не выйдет.

Ибо потом неизбежно придётся долго и кропотливо восстанавливать её доверие. Или тоже бить.

Так, чтобы вспомнила пережитую давно в прошлом боль, окончательно превратившись из человека в не очень ценную, но пока ещё нужную вещь…

Мысль была из самых паскудных. Шеддерик даже головой слегка тряхнул, прогоняя ее.

Бить крестьянина было нельзя ещё по одной причине. Как бы ни старался, а четыре дня путешествия по заледенелому лесу без еды и почти без сна его вымотали и ослабили.

Как бы грозно он сейчас ни выглядел, и каким бы неопытным кулачным бойцом ни был бы его противник, вероятность того, что парень вырвется и убежит, оставалась серьёзной. Впрочем, терпение у Шедде было не безграничным. Особенно сейчас, когда позади долгий путь, а цель совсем рядом.

Оставался ещё вариант с подкупом. Вариант ненадёжный, потому что не исключал возможности обмана.

Шеддерик осторожно открепил от шейного платка старинную агатовую брошь, и показал её парню.

– Может, передумаешь?

Глаза у того заблестели. Он даже ещё больше приосанился. Наблюдать это было забавно.

– Я даже не прошу тебя вести меня к гостинице, – улыбнулся ифленец. Просто покажи одну из сиановых вешек, любую, и всё.

Довен-Рыбак облизал губы.

Он был почти согласен.

– Но сначала… нам нужно незаметно миновать деревню. Ступай впереди, покажешь дорогу. Чеора та Сиверс…

Темершана быстро кивнула, поспешила вперёд, раздвигая по пути мокрые еловые лапы.

У тропы оступилась, чуть не упала – Шедде поймал за локоть.

Всё-таки им обоим требовался отдых и нормальная еда. И чем быстрей, тем лучше.

Шеддерик перехватил пристальный взгляд крестьянина. Не робкий, а такой «оценивающий», как будто тот старается как можно больше запомнить. Вероятно, надеется, оказавшись на свободе, тут же донести о них тем, кто сейчас командует в деревне.

Что ж, посмотрим, чем дело закончится на самом деле.