Проклятье Ифленской звезды

Не потому, что саруги – драконьи слёзы – причиняли неудобство или боль, нет. Просто дурная привычка – хвататься за эту самую руку каждый раз, когда подозреваешь, что в очередных неприятностях повинны именно камни.

Пожалуй, он постарался бы избежать и торжественного ужина, но тут уж возмутился Кинрик: у него-то шансов отвертеться от многодневного церемониала не было никаких. И он считал, что раз уж брат всю эту историю затеял, пусть тоже мучается.

Так и вышло, что Шедде, в парадном гвардейском мундире (тайная управа Тоненга считалась армейским подразделением), ожидал появления невесты наместника среди таких же нарядных придворных.

Наконец она появилась. Удивительная девушка в синем шёлковом платье.

Против воли он даже улыбнулся: как бы там ни было, а Шедде был рад её видеть.

Она тоже улыбнулась, но как-то напряжённо. Может, расстроилась, что он не сопровождал брата на церемонии вручения даров? Да глупости какие, с чего бы.

Очень ровно, словно не касаясь пола, она подошла к своему месту по правую руку от наместника. Кинрик встал, подал ей руку, слуга поправил кресло.

Снова Шедде обратил внимание, какая у неё сегодня странная, словно испуганная улыбка. Что-то случилось?

– Гребень, – сказал кто-то рядом. – Она надела гребень, я выиграл.

– Не знаю. Может, магическая подвеска превратилась в шарфик? – ответил женский голос. – Очень милый шарфик, кстати.

Шедде внимательней присмотрелся к мальканке. Шарф на шее действительно смотрелся неуместно и странно. Но если бы благородная чеора, что сидела чуть левее, не заострила на нём внимание, Шедде вряд ли заметил бы. Он мало что понимал в женской моде. Хотя нет, кое-что понимал, по долгу службы. Но почему-то у него не получилось сразу соотнести это понимание с образом рэты Итвены. Темершаны.

Шарф казался бинтом на шее. Не могло же заговорённое ожерелье и вправду превратиться в такую безвкусную вещь…

А Кинрик, который сидел рядом, вдруг что-то спросил у невесты.

Она в ответ покачала головой – и вдруг поморщилась, а руки невольно метнулись к шее… но на полдороге застыли и опустились вновь.

Брат это тоже заметил. Ещё раз что-то учтиво, но настойчиво спросил у неё, а потом вдруг резко дёрнул злосчастный шарф, высвободив на миг то, что он скрывал.