Проклятье Ифленской звезды

Женщина вновь вперила в него взгляд, и Шеддерик уже был готов услышать возражение или прямой приказ остаться – но не услышал.

Она сказала:

– Золотая Ленна благодарит тебя и благословляет. Поторопись – осенью темнеет рано.

Шеддерик с облегчением покинул храм. У конюшни увидел знакомую карету. Извозчик как раз запрягал, а рядом в ожидании переминались те же самые служительницы.

Как требовала учтивость, он отвесил дамам лёгкий поклон. Пожилая пресветлая сестра чопорно поклонилась в ответ. Молодая…

Её взгляд показался ему не просто ледяным.

Ну что же, такие гляделки с ним случались довольно часто. Однако в тот момент, при дневном свете, когда мысли его не были заняты ни чем другим, эти глаза и это лицо показались ему смутно знакомыми, как будто бы когда-то раньше он уже видел что-то похожее.

И это «что-то» не было связано с посольством в сопредельную державу.

Шеддерик отметил себе ещё одну загадку – загадки он любил.

Монашка всё-таки первой отвела взгляд.

А светлейший чеор осторожно спросил у старшей служительницы:

– Дозволено ли мне будете узнать, кто эта женщина?

Монахиня развела руками.

– Одна из сирот, что пришли в обитель Ленны в поисках защиты. После войны таких было много. Ей, как и другим таким, дали имя та Сиверс. А кем она была до речения, в этих стенах никому нет дела.

– Благодарю за ответ, пресветлая.

Шеддерик поспешил откланяться. Он собирался вернуться на постоялый двор до темноты.

Когда уже выехал за ворота, его вдруг окликнули. Вдогон от монастыря бежал мальчик лет десяти. Бежать ему было трудно, он путался в своей тёмной хламиде, к ногам липла осенняя грязь. Шеддерик остановил лошадь и спешился. Наверное, новость была из срочных, раз сёстры, вопреки привычной нелюбви к ифленцам, всё же решили его остановить.

Мальчик замер в нескольких шагах, поклонился по-крестьянски глубоко, и громко сглотнув, сказал:

– Благородный чеор! Сёстры Великой Матери Ленны передают тебе, что саруги больше не опасны, и что они… – он опустил взгляд и быстро, на одном вздохе закончил – что они сочувствуют вашей утрате!

Так благородный чеор та Хенвил узнал, что его отец, наместник Ифленский в Танеррете Хеверик, чеор та Лема, та Гулле, верховный страж Фронтовой бухты скончался.

Глава 2 (1) Чернокрылый

Темершана та Сиверс

Всё-таки ехать в карете приятней и намного удобней, чем месить грязь ногами.