Проклятье Ифленской звезды

В глазах – тень улыбки и сожаления…

А раньше всегда казалось, что у чеора та Хенвила вместо глаз два прозрачных куска льда.

– Я вижу, вы потратили время с пользой, – наконец улыбнулся Шеддерик. – Чего не могу сказать о себе. Бестолково прошёл день…

Темери кивнула. И, враз переменив решение, быстро сказала:

– Вас видели в городе. Я… у меня есть новости.

Улыбка исчезла с лица благородного чеора.

– Рассказывайте!

– Мы с Тильвой ходили в бани. Это недалеко, на Данве. Я там подслушала разговор. Через стену, там деревянная стена, я сидела рядом.

– Случайно подслушали?

Темери подняла на Шедде виноватый взгляд. Рассказывать о Роверике сейчас ей не хотелось. Это увело бы от главной темы.

– Не отвечайте. Не важно. Рассказывайте!

Темери закрыла глаза и постаралась вспомнить каждое услышанное слово.

Ифленец выслушал новости с самым непроницаемым выражением, какое она только у него видела. Кивнул:

– Паук, значит… ладно. Что-то ещё запомнили? Особенность голоса, я не знаю. Акцент…

– Это бани Нижнего города, вряд ли там мог быть кто-то из ваших, с островов.

Нет, это были мальканы. Про голоса. Первый, который сообщил новость, не знаю, такой резкий. Громкий. Как это сказать? Как у военного.

– Привык командовать?

– Может быть. Или рапортовать. Не знаю. Второй как будто отнесся к его словам несерьёзно. Будто делал одолжение. Акцента я не заметила. Ничего такого.

– Благодарю вас, рэта Темершана Итвена.

Рэта… Темери покачала головой. Рэта Темершана Итвена. Звучит как чужое имя. Или, как свое, но искажённое, неверное.

Как если бы у маленькой девочки отобрали любимую куклу, посмеялись, изваляли в грязи, а потом вернули обратно.

Темери быстро отвела взгляд, чтобы чеор не смог прочитать её мысли.

Но чеор заметил другое:

– Вы, кажется, тоже ещё не ужинали? Идёмте!

Еда успела остыть. Темери немного поковыряла её ложкой и стала смотреть, как быстро, но аккуратно ужинает ифленец.

– Так не годится, – вздохнул он, заметив, что Темери едва притронулась к тушёному мясу. – Вас что-то беспокоит?

Она пожала плечами, но ответила честно:

– Вы же помните, почему я здесь.

Вы надеялись, что моё появление в замке немного успокоит готовых начать восстание малькан… но я сейчас думаю… может, горожане сочтут, что, согласившись на брак с вашим братом, я предаю собственный народ? И…

– Что?

– Я не вижу, почему это не так. Не говорите ничего. Я знаю, что вы скажете, но я верю вам, вам самому, благородному чеору та Хенвилу. И не знаю, кто мне друг, а кто враг.