Табель первокурсницы

Девы почему, он никак не отпустит мою руку?

Мур посмотрел на отца, тот едва заметно кивнул, хотя… Повод для оскорбления был — лучше не придумаешь, вон как зашушукались Леонард Гиве и тот колченогий солдат, а старенький целитель Огюст снял и протер очки. Такое не забывают. Веер в матушкиной руке хрустнул.

Старый нотариус бросил мимолетный взгляд на Мура. Тонкие старческие губы едва заметно дрогнули. Я знала, куда он смотрит, куда смотрели все, кто впервые оказывался в нашем доме, даже Мэрдок, но у большинства хватало такта промолчать.

Бывший маг, бывший раб, что сбежал из Отречения и по воле богинь смог добраться до Илистой Норы, где и вознамерился почить на крыльце. Отец заплатил за него виру жрицам, а потом, перерезав ошейник, велел либо начинать работать, либо убираться и не портить  видом своего тщедушного тела клумбы матушки. С тех пор Мур с нами. Немного слуга и немного господин, почти член семьи, невидимка за спиной отца, его поверенный и хранитель.

Дворецкий передал поднос рябому и спокойно отошел.

— Так что за легенда? — переспросил Мэрдок.

— А вы не знаете? — хихикнула Манон. — Здесь, на равнине Павших, нельзя проливать кровь Змея. Иначе за тобой придет тень демона и отомстит, — закончила она замогильным голосом. Средняя дочь бургомистра Лулу прыснула. Сам бургомистр опрокинул очередную рюмку и раскраснелся еще больше.

— Это правда? — повернулся ко мне Мэрдок.

— А вы попробуйте, — я чуть заметно дернула пальцами.

— Говорят, эту привилегию выторговал себе первый Змей  при переговорах с демонами Разлома, он очень не хотел быть убитым, — продолжила Манон.

— Ну, не знаю, — скептически протянул Илберт, леди Витерс что-то зашептала на ухо мужу, задев локтем тарелку, столовые приборы звякнули. — Деда вроде медведь задрал, кровищи было… и никакие демоны ему не помогли.

— Откуда вы знаете, Илберт? — Дочка бургомистра обиженно стукнула брата веером по руке.

— А Льюис Астер, мой пра-пра-пра-прадед, что сложил голову в походе к Проклятым островам? — не сдавался Илберт.  — Что-то я не заметил, чтобы полчища демонов мстили тем, кто снял буйную голову с его плеч.

— Всех повесили у Белого камня, — добавил отец.

— И вообще, подумайте сами, как глупо звучит эта легенда, — продолжал брат, игнорируя суровый матушкин взгляд.